Преступления против государства в уголовном праве Японии

Уголовное право Японии в средние века.

В Японском средневековом праве не было четких различий между деликтом и преступлением, нормами уголовного и административного права и пр.

В традиционном понимании рё (кит. лин) – это закон, за нарушение которого, в отличие от рицу, не полагалось ни одного из пяти тяжких наказаний (от смертной казни до битья палками), которые следовали за явные проступки и нарушения.

В период “правового государства” право Японии основывалось на требованиях “законности”, которая в понимании того времени включала в себя ряд положений:

– о неукоснительном следовании предписаниям закона,
– о наказаниях за преступления, проступки и даже ошибки всех, от холопа до буддийского монаха,
– о беспристрастности судей и следователей,
– о четком делопроизводстве, в том числе и судебном, а также
– о тщательной проверке и перепроверке (вплоть до императорской) применения наказаний, особенно смертной казни,
– об учете смягчающих и неучете отягчающих вину обстоятельств, указанных в законах, изданных до начала следствия по конкретному делу и пр.

Уголовный кодекс “Тайхо рицу рё” состоит из 12 разделов: уголовного закона о наказаниях, о разбое, о грабеже, о ранениях в драке и др. Не все положения кодекса дошли до нас, часть из них была восстановлена впоследствии по китайскому кодексу танской династии.

Начинается кодекс перечнем наказаний и тяжких преступлений.

В соответствии с конфуцианскими представлениями о наиболее тяжких нарушениях морали (ли) в Японии выделялись “8 зол” (в Китае – “10 зол”), в число которых входили прежде всего преступления против императорской власти:
– “мятеж”
(разрушение государевых жилищ и усыпальниц и пр.),
– “государственная измена”
(убийство ближайших родственников императора, а также покушение на их убийство, избиение и пр.),
– “жестокое убийство”
(убийство трех членов одной семьи, своих ближайших родственников, убийство женой или наложницей родственников мужа, а так же их избиение и пр.),
– “великая непочтительность”
(разрушение храмов, священных ритуальных предметов и пр.),
– “злословие и непочтительность” по отношению к государю,
– просто “непочтение” к отцу или ближайшим родственникам
(возбуждение против них судебных дел или предание их проклятью, выделение из семьи при живых родителях, самовольное вступление в брак и пр.),
– “нарушение долга”
(убийство хозяина, начальника, наставника и пр.).

Пятичленная система наказаний включала в себя
– смертную казнь через повешение или обезглавливание,
– ссылку с каторжными работами и без таковых,
– каторгу,
– битье палками (от 60 до 100 ударов),
– сечение розгами (от 10 до 50 ударов).

Смертная казнь простолюдина совершалась на городской площади, женщины и чиновники публично не казнились, а чиновникам высоких рангов предоставлялась возможность покончить жизнь самоубийством.

Ссылка в зависимости от расстояния до места назначения могла быть ближней, средней и дальней. Жены и наложницы осужденных отправлялись в ссылку вместе с ними в обязательном порядке. Каторга выражалась в принудительных работах, как правило, по месту жительства.

“Тайхо Ёро рё” предусматривает и такие наказания, как конфискация имущества, штраф и пр.

Примечательно, что конфискованное имущество преступника делилось поровну между казной и его ближайшими родственниками, если они не были соучастниками преступления.

От наказания, даже от смертной казни (как дань древнему обычаю) можно было откупиться, но возможность откупа зависела от усмотрения властей. Этим правом, безусловно, пользовались родственники императора, крупнейшие вельможи из “6 категорий достойных”.

От общих наказаний отличались специальные наказания для военных и гражданских чинов.

При перечне специальных наказаний “Тайхо Ёро рё” делает упор на поражение чиновников в особых должностных правах. Совершивший преступление или проступок чиновник, независимо от того, приговаривался ли он к смертной казни, получал ли прощение от императора или право откупа от наказания, подвергался лишению в той или иной мере своих должностных прав:
– понижению в должности или ранге,
– разжалованию или увольнению с одной или всех должностей и т.д.

Если простое увольнение относилось к числу тяжких наказаний, от него нельзя было откупиться, то особенно тяжким наказанием считалось увольнение с исключением из чиновничьих списков, что означало невозможность в будущем возвратиться на службу.

Наряду с коллективной ответственностью ближайших родственников преступника, осужденного за ряд тяжких преступлений, а также местных властей (например, за укрывательство незарегистрированных монахов и пр.) в японском праве предусматривалась и возможность смягчения наказания для членов семей чиновников, которые, как и в Китае, могли воспользоваться покровительством “тени” своих знатных родственников.

Специфической чертой уголовного права Японии было распространение его норм на представителей буддийской церкви; признание кодексом наряду со светскими наказаниями и наказаний религиозных (епитимий), которые могли применяться, заменяя светские, к монахам и монахиням в зависимости от характера совершенных ими преступлений и проступков; применение обычных уголовных наказаний за ряд религиозных проступков клира, например,
– за публичное и ложное объявление о дурных знамениях,
– хранение и чтение запрещенных книг,
– незаконную передачу патента на сан другому лицу
– за самовольное принятие сана,
– за попытку самосожжения или подстрекательство к нему другого лица.

Представители буддийского духовенства, приговоренные к тяжкому наказанию за убийство, насилие, воровство и пр., предварительно лишались сана. Предусматривалось в отношении их и некоторое смягчение наказания.
– Ссылку, например, заменяли четырьмя годами каторги,
– при наказании палками каждые десять палок заменялись десятью днями епитимьи.

Уголовное право Японии не знало четко сформулированных общих принципов и норм о формах вины (умысле и неосторожности), о покушении, о соучастии в различных формах и пр., которые, однако, фигурировали при рассмотрении конкретных преступлений.

“Покушение” и “замысел” в случае “жестокого убийства” наказывались, например, как законченное убийство. В ряде случаев более тяжко наказывалась такая форма соучастия, как подстрекательство и пр.

К числу смягчающих вину обстоятельств относились:
– добровольное возмещение нанесенного ущерба,
– устранение причиненного вреда,
– явка с повинной,
– активная помощь в раскрытии преступления.

Смягчалось также наказание в случае совершения преступления
– под угрозой или принуждением,
– в силу материальной или служебной зависимости,
– кражи у родственников,
но отягчалось, если кражу совершал в своем доме младший член семьи.

К числу отягчающих вину обстоятельств относились рецидив (третья кража) и состояние опьянения.

Кроме “8 зол” кодекс знал
– простое убийство,
– нанесение тяжких повреждений,
– клевету, входящую в разряд “косвенных” преступлений,
– вовлечение в совершение преступлений и необоснованным привлечением к суду.

Среди преступлений против собственности выделялись кража, грабеж, разбой и кража при пожаре, приравниваемая к грабежу, а также вымогательство имущества путем письменных угроз и пр.

Вторжение в чужой дом ночью давало право хозяину убить “непрошеного гостя”, которое приравнивалось таким образом к праву необходимой обороны. Понятия невменяемости уголовное право не знало, но наказание смягчалось, предоставлялось право откупа от него в случае совершения преступления малолетним, престарелым, душевнобольным, уродом.

Почти все “законные” границы применения наказания были размыты после установления сёгуната, когда беспрепятственное распространение получили формы внеправовой расправы или “дурные обычаи”.

Самурай, например, мог безнаказанно убить простолюдина за оскорбление.

Право не знало также требования обязательного наказания за убийство.

Не наказывалось, например, убийство мужем неверной жены и ее любовника, разрешалось убить на месте преступления или в порядке мести убийцу своих родителей.

Широко была распространена практика безнаказанного детоубийства, особенно в крестьянских семьях (для избавления от “лишнего рта”).

Кроме того, наказания всемерно ужесточались, приобретая часто сугубо изуверские формы.

Японские источники сообщают, например, о таком распространенном наказании. Живого преступника закапывали по шею на проезжей дороге, рядом клали деревянную пилу, которой мог воспользоваться каждый проезжающий, чтобы отделить его голову от туловища.

В Кодексе 100 статей кража на незначительную сумму в 10 иен влекла за собой телесное наказание и клеймение.

Кража на большую сумму – казнь через отсечение головы с обязательным обезображиванием трупа и публичным показом головы казненного. Казнь предписывалась и за мелкое воровство в случае рецидива.

Представители буддийского духовенства, приговоренные к тяжкому наказанию за убийство, насилие, воровство и пр., предварительно лишались сана. Предусматривалось в отношении их и некоторое смягчение наказания.
– Ссылку, например, заменяли четырьмя годами каторги,
– при наказании палками каждые десять палок заменялись десятью днями епитимьи.

ruponia

УК Японии , принятый еще в 1907 г., не имеет преамбулы или вводной главы. В открывающей его Общей части («Общие положения») не излагаются ни задачи кодекса или уголовного права, уголовной политики, ни принципы уголовного права. Это объясняется тем, что преамбулы или вводные главы стали свойственны источникам в сравнительно позд­нее время, а состояние юридической техники того времени еще не позволяло сформулировать в Уголовном кодексе наиболее общие положения. Отсутствуют в УК и определения таких важных понятий, как «преступление», «соучастие», «наказание» и т.д. В связи с этим возникает необходимость в осуществлении толкования уголовного закона при помощи науки, разъяснений Верховного суда и судебной практики.

Взгляд юристаЮридический блог компании Jurimex

Пока смертник находится под стражей, могут всплыть новые обстоятельства убийства, и возможно узник окажется невиновным. Согласно Конституции в Японии решения об амнистии или отсрочке исполнения смертного приговора, устанавливает только правительство, а подпись ставится императором. В Японии смертную казнь отменяли всего четыре раза. 99% приговоров были признаны верными и приведены в исполнение. За последние 50 лет только по делу одного человека выяснилось, что приговор несправедлив.

Файлы: 1 файл

С теми или иными вариациями эта схема повторяется в других трудах по Общей части уголовного права. Сугияма и Вати определяют преступление как «деяние, подпадающее под состав преступления, противоправное и влекущее ответственность» 5 . Они отмечают, что, в общем, преступление – это социально опасное деяние, но, с другой стороны, нельзя признавать наличие преступления легко и произвольно. Поэтому для такого признания необходим тщательный и надлежащий процесс. В нем для образования преступления требуются, говоря в целом, три условия. Ими и должны быть «соответствие составу преступления», «противоправность» и «ответственность», а также «деяние», представляющее собой предпосылку для образования и рассмотрения «условий».

Преступления против государства в уголовном праве Японии

1. Источники Особенной части уголовного права Японии

2. Развитие Особенной части уголовного законодательства Японии

3. Структура Особенной части уголовного законодательства Японии

уголовное право япония

1. Источники Особенной части уголовного права Японии

Нормы Особенной части уголовного права Японии содержат УК, специальные уголовные законы и нормативные акты неуголовного и местного законодательства. Японское уголовное право представляет собой довольно редкое по сравнению с другими странами сочетание систем континентального и общего права. УК является моделью романо-германской системы права, специальные уголовные законы – носители преимущественно англосаксонского влияния. Уникальность развития уголовного законодательства Японии заключается в ее обособленности до XIX в. от правового влияния западных культур.

УК имеет в Особенной части характерные черты «национальной» правовой системы: многие составы описаны общим и неопределенным образом; широкое законодательное усмотрение в криминализации деяний в Особенной части вследствие отсутствия целого ряда понятий и определений в Общей части УК; широкие рамки санкций за отдельные составы, возможность смягчения и ужесточения (например, при рецидиве) наказания по усмотрению суда. До конца XX в. в Особенной части были сохранены «рудиментные» нормы, например, о посягательствах на императорскую фамилию.

Как уже отмечалось нами ранее, специальных уголовных законов в Японии более тридцати (Закон о преступлениях, Закон о пресечении подрывной деятельности, Закон о наказуемости насильственных действий, Закон о пресечении проституции и др.). Число уголовно-правовых норм неуголовного законодательства чрезвычайно велико, они широко рассредоточены по различным отраслям и подотраслям права (конституционного, гражданского, административного, уголовно-исполнительного и др.). Среди них, например, Закон о предупреждении загрязнения воздуха, Закон о государственных служащих и Антимонопольный закон. Нормы об уголовных наказаниях содержат многие акты хозяйственного законодательства, законодательства о выборах на публичные должности, законодательства о дорожно-транспортном движении, что создает большие трудности при квалификации деяний и при восприятии уголовного законодательства населением. В специальных уголовных законах за ряд преступлений предусмотрена даже смертная казнь: о преступной дуэли, о санкциях за нарушения правил контроля над взрывчатыми веществами, о санкциях за насильственный захват воздушных судов и др.

2. Развитие Особенной части уголовного законодательства Японии

До Второй мировой войны Особенная часть УК Японии 1907 г. практически не изменялась, внесены были лишь следующие коррективы: по закону от 15 апреля 1921 г. изменены санкции за присвоение, связанное с профессиональной должностью преступника (ст. 253); введена новая глава о посягательствах на общественное спокойствие и порядок (гл. 7-II); введены санкции за неисполнение принудительных мер (ст. 96-П), за препятствие принудительным торгам и дачу консультаций с этой целью (ст. 96-Ш); изменены и дополнены нормы о взяточничестве (ст. 197, ст. 198). Эти коррективы соответствовали тогдашнему режиму всеобщей мобилизации нации. Сюда же относятся меры по правовой охране тайн (1937-1941 гг.) и Особый уголовный закон военного времени (1942 г.), а также важнейший акт политико-репрессивного законодательства-Закон о поддержании общественного спокойствия (1925 г.).

Послевоенная реформа УК имела целью привести кодекс в соответствие с новой конституцией 1946 г. Содержание реформы таково. По закону от 26 октября 1947 г. в Особенной части УК отменены нормы о посягательствах на общественное спокойствие и порядок (гл. 7-11), декриминализирован адюльтер со стороны жены (ст. 183), увеличена кара за злоупотребление властью должностными лицами (ст.ст. 193 -195), за насильственные действия (ст. 208), угрозы (ст. 202). Сразу же после поражения Японии, в самом начале оккупации, был отменен ряд политико-репрессивных законов, а также законов, охраняющих тайну. Шпионаж и другие преступления, предполагающие состояние войны, также были удалены из кодекса. Чтобы более полно гарантировать свободу самовыражения, положение о наказуемости нарушения общественного спокойствия и порядка было изъято, а положение о клевете подверглось изменениям. Теперь человек, сделавший клеветническое заявление, не наказывался, если он действовал в интересах общества и предоставил доказательства правдивости своего заявления (ст. 230-П).

Отмена главы о посягательствах на императорскую фамилию (ст.ст. 73-76), глав и дипломатических представителей иностранных государств (ст.ст. 90, 91) мотивирована ее несоответствием конституционному принципу равенства перед законом и изменением статуса императора. Положение относительно адюльтера было также исправлено в свете конституционной нормы о равенстве полов. По УК 1907 г. жена и ее любовник могли быть наказаны по требованию мужа, в то время как муж, совершивший измену с другой женщиной, не наказывался. Альтернатива, вставшая (под давлением американских оккупационных властей) перед японскими парламентариями, состояла в следующем: или карать и мужа и жену, или совсем декриминализировать адюльтер. После долгих дебатов в парламенте (состоявшем из мужчин) был избран последний вариант.

Читайте также:  Акт о неисправности оборудования: образец, бланк скачать

Оценивая изменения законодательства в конце XX в., следует отметить, что они были относительно незначительны и явились результатом реагирования на изменения преступности; имевшее место усиление репрессии также было сравнительно невелико. В 1980 г. поправками к ст.ст. 197 и 197-П УК были увеличены сроки лишения свободы за взяточничество. В 1986 г. в соответствующие статьи УК внесены изменения, касающиеся компьютерных преступлений, в 1987 г. – в связи с подписанием Японией международных конвенций о преступлениях против лиц, пользующихся международным иммунитетом, и о борьбе с захватом заложников. Основные преобразования, внесенные в него Законом от 12 мая 1995 г., заключаются в следующем: отменена ст. 200 (убийство родственника), исключены части вторые в каждой из статей: 205, 218 и 220. В результате кодекс почти за вековую свою историю не претерпел в целом сколько-нибудь существенных, революционных изменений. Итак, в сегодняшней Японии действует Уголовный кодекс, принятый Законом от 24 апреля 1907 г.

Последние изменения в него были внесены Законом № 91 от 12 мая 1995 г. В новой редакции Уголовный кодекс Японии действует с 1 июня 1996 г.

В 1980-2000-е гг. были введены (или пересмотрены) следующие уголовно-правовые нормы неуголовного законодательства:

1. Поправками к законам о налогообложении в 1981 г. в целях борьбы с организованной преступностью увеличены санкций за уклонение от уплаты налогов (лишение свободы на срок до пяти лет и штраф до 5 млн иен);

2. Законом, регламентирующим предпринимательство в области ссудного капитала, и поправкой к Закону, регулирующему денежные вклады, депозиты и начисление процентов, в 1983 г. введены уголовно-правовые нормы, направленные на борьбу с распространившимся «акульим промыслом». Согласно этим нормам, в уголовном порядке стали преследоваться запугивание и вымогательство денег у неплательщиков; предусмотрено усиленное уголовное наказание за превышение суммарного годового процента, установленного законом;

3. Законом о размещении интегральных полупроводниковых схем 1985 г. введены уголовно-правовые нормы, предусматривающие уголовные наказания в цепях охраны информации как собственности;

4. Откликом на распространение наркомании явились пересмотр в 1982 г. Закона о контроле за сильнодействующими и ядовитыми веществами – потребление органических растворителей (легкодоступных заменителей наркотиков) стало караться лишением свободы; а также пересмотр в 1990 г. в сторону ужесточения наказания Закона о контроле за наркотическими веществами, Закона о контроле за веществами, полученными из конопли, и Закона о контроле за стимулирующими средствами.

В отличие от УК, незначительно реформированного после войны и редко подвергавшегося изменениям (в том числе и применительно к нормам Особенной его части), специальные уголовные законы и нормы неуголовного законодательства являлись весьма динамичным компонентом японского уголовного законодательства.

3. Структура Особенной части уголовного законодательства Японии

Структурно Уголовный кодекс Японии разделен на две части: Общую и Особенную. Первая называется «Общие положения», часть вторая – «Преступление». Вместе с тем в самом законе статьи УК названий не имеют. Поскольку в оригинале текста Особенной части Уголовного кодекса Японии нет наименования статей, то их названия формулируются издателем, составителем или редактором, исходя из содержания данной статьи (которые, как правило, берутся в скобки, для пояснения, что название статьи отсутствует в оригинале текста закона). Исследователи (к примеру, В.Н. Еремин) обратили внимание, что названия статей УК Японии в сборниках разных издательств имеют различия.

С содержательной стороны Особенная часть УК Японии характеризуется чрезмерной лаконичностью, архаичностью юридического языка, своеобразием понятийно-категориального аппарата и юридической техники. Редакционные дополнения, изменения и уточнения, внесенные в УК Японии Законом № 91 от 12 мая 1995 г., улучшили его содержание и, тем самым, уяснение японцами. Однако закон все еще сложен как для восприятия и понимания его простыми гражданами, так и для трактовки его специалистами и органами правосудия, особенно в сочетании с применением норм специальных уголовных законов, других отраслей японского законодательства, судебных прецедентов.

Особенная часть УК содержит перечень преступлений и ответственность за их совершение. Как отмечают С. Оно, К. Сайто, «задача теории Особенной части уголовного права Японии состоит в раскрытии свойственного каждому преступлению состава (особенного состава или типа преступления)». Например, особенный состав убийства – это «убить человека», а особенный состав кражи – «похитить предмет чужого имущества». В Особенной части уголовного права обыкновенно определяется то действие, за которое должно быть назначено наказание, другими словами: в большинстве своем уголовные законы состоят из «постановления о составе преступления» (это понятие соответствует понятию «диспозиции» в российском правоведении) и «постановления о наказании» (соответствует понятию «санкции»), как это видно, например, из редакции ст. 199 УК: «кто убивает человека», «наказывается смертной казнью, либо лишением свободы с принудительным физическим трудом без срока или на не ниже трех лет».

Если «идеалом Общей части уголовного права, – пишет С. Оно, -является ее замкнутость, так как уяснение этой части уголовного права производится с учетом методологического развития, то система Особенной части, напротив, всегда открытая, так как ее развитие основано на методе конкретной классификации законов». Однако некоторые уголовные законы состоят из «постановления о составе преступления» и «отсылочной нормы», например ч. 2 ст. 195 УК, гласящая: «так же наказывается тот, кто охраняя или конвоируя взятое под стражу в соответствии с законодательством лицо, применял против него насилие либо допускал оскорбительное или дурное обращение с ним».

В Особенной части уголовного права излагается конкретное наказание, которое установлено за каждый отдельный состав преступления, как, например, наказание за кражу, предусмотренную ст. 235 УК: «лишение свободы с принудительным физическим трудом на срок до десяти лет». Как правило, «постановление о составе преступления», устанавливающее отдельный состав преступления, и «постановление о наказании», устанавливающее наказание, а также «отсылочная санкция» содержатся в одном параграфе или в одной части, но в некоторых исключительных случаях в одном параграфе изложены вместе два «постановления о составе преступления» и «постановления о наказании» или «отсылочные санкции». Например, ст. 241 УК гласит: «Тот, кто насиловал женщину – жертву разбоя, наказывается лишением свободы с принудительным физическим трудом без срока или на срок не ниже семи лет. Если это привело к смерти женщины, наказанием является смертная казнь или бессрочное лишение свободы с принудительным физическим трудом». То есть мы имеем дело с понятием, известным в отечественной науке как «квалифицированный состав».

Однако роль Особенной части уголовного права Японии этим не ограничивается. Кроме «постановлений о составе преступления», «постановлений о наказании» и «отсылочных постановлений», вторая часть УК регулирует: постановления, касающиеся покушения, соучастия, явки с повинной и сознания, обвинения и притязаний; постановления, относящиеся к случаям, когда преступление совершается в отношении вещи, принадлежащей самому виновному; постановления об усилении наказания за «привычные деяния»; постановления относительно одновременного назначения денежного штрафа; положения о порядке применения соответствующих постановлений и отсылок.

Так, фактические пробелы уголовного законодательства восполняются именно нормами Особенной части. Например, в японском уголовном праве отсутствует ряд основных дефиниций, в том числе и понятие преступления. На материале Особенной части УК ведется «сборка» понятия «преступление». Здание принципа «нет преступления и нет наказания вне нормы закона» выстраивается «по кирпичику» в такой последовательности: соответствие признакам конкретного состава Особенной части; отсутствие факторов, исключающих противоправность (необходимая оборона, крайняя необходимость); отсутствие факторов, исключающих «виновность» (психические параметры, возраст). Вслед за германской теорией уголовного права японская доктрина считает, что деяние преступно, если присутствуют три элемента: оно прямо предусмотрено диспозицией нормы Особенной части (tatbestand), противоправно (rechtswidgrig) и наказуемо (schuldig, blameworthy).

Ввод в Особенную часть дефиниций составов компьютерных преступлений также может рассматриваться как частичное (правда, небольшое) восполнение отсутствия в УК общего понятия преступления. Новые статьи выглядят инородным телом, где нет ни понятия преступления, ни каких-либо, даже частичных, характеристик других групп преступлений.

Еще пример: в законе не определяются и «приготовительные действия» (действия «до начала совершения» акта), которые, в принципе, ненаказуемы. Однако в Особенной части УК предусмотрены кары за подготовку к тяжким преступным акциям, таким как внутреннее восстание, внешняя агрессия, ведение «личной войны» (ст.ст. 78, 88,98), поджог, убийство, разбой, фальшивомонетничество (ст. ст. 113,201,287,153 УК). В девятнадцати статьях Особенной части УК неоконченные антиобщественные деяния фигурируют как самостоятельные составы. Одновременно в послевоенном уголовном законодательстве (особенно об «общественном спокойствии») существует тенденция рассматривать сговор и другие приготовительные действия как самостоятельные оконченные преступления. Так, ст. 40 Закона о предотвращении подрывной деятельности вводит ответственность за подготовку беспорядков, имеющих политические цели.

Итак, предметом исследования в Особенной части уголовного права Японии является каждое преступление, предусмотренное законом, и это исследование не ограничивается только теми деяниями, которые предусмотрены во второй части Уголовного кодекса. Закон о хозяйственных преступлениях, например, также предусматривает определенные преступления, они тоже могут быть включены в систему Особенной части уголовного права и служить предметом исследования. Таким образом, объем Особенной части уголовного права Японии все больше и больше изменяется в результате увеличения или уменьшения числа уголовных законов, изменения или отмены их. Поэтому ученые характеризуют ее как «открытую систему».

Существует два взгляда на то, как следует строить систему Особенной части уголовного права: в соответствии ли с той последовательностью, которую устанавливает закон, или по системе, предлагаемой теорией. Характерно и то, что статьи части второй УК Японии «Преступление» не сгруппированы по разделам, их последовательность не всегда логична. Поэтому сложились теории двучленного (преступные деяния против правовых благ отдельного лица и коллектива) и трехчленного (против государства, против общества и против правовых благ отдельного лица) деяния преступлений.

Данный документ не содержит примечаний к статьям. Вместе с тем в нём имеются нормы, которые по существу выполняют роль таковых. Так, нормы-дефиниции сформулированы в УК Японии в отдельных статьях, причём, только в Обшей части. При этом законодатель не выделяет данные положения в самостоятельные разделы (главы), как это сделано, например, в УХ Аргентины, а формулирует их в самих нормах. Перечень этих норм весьма скуден – УК предусматривает всего две таких статьи. Это статья 7, определяющая понятие публичного должностного лица и публичного учреждения, и статья 7-11, закрепляющая понятно электронной записи.

В отличие от российского уголовного закона УК Японии не оперирует стоимостными критериями, поэтому отсутствует необходимость в их определении. Между тем, частные случаи освобождения от уголовной ответственности, которые в УК РФ выделяются в виде примечаний к соответствующим статьям, японский законодатель формулирует в отдельных нормах. Такова, например, статья 80 («Освобождение от уголовного наказания в связи с явкой с повинной»), определяющая условия освобождения от наказания лиц, совершивших преступления, относящиеся к внутреннему восстанию (глава 2 УК). Аналогичные правила закреплены в ст. 170 («Смягчение наказания или освобождение от наказания в результате признания»), распространяющиеся на лиц, совершивших преступления, состоящие в лжесвидетельстве (глава 20 УК) и др.

Отдельные нормы, выполняющие функции примечаний, регламентируют процессуальные положения. Так, статья 135 («Частное обвинение») устанавливает, что преступления, состоящие в нарушении тайны (глава 13 УК), рассматриваются только по жалобе потерпевшего. Такие же правила предусмотрены в отношении деяний, состоящих в безнравственности, совращении и двоебрачии (ст. 180 главы 22 УК), преступлений, состоящих в захвате и уводе (ст. 229 главы 23 УК) и др.

1. Комар П.М., Коробов А.М. Развитие российского права и права стран АТР в условиях конституционного реформирования: Материалы региональной научно-практической конференции, 29 ноября 2003 г. – Владивосток : Издательство ВГУЭС, 2004. – С. 63 – 76.

2. Коробеев А.И. Некоторые особенности Особенной части Уголовного права Японии // Азиатско-Тихоокеанский регион: Экономика. Политика. Сотрудничество. 2004. №1. С. 67-78.

3. Морозов Н.А. преступность и борьба с ней в Японии – СПб.: «Юридический центр Пресс». 2003. – 215 с.

4. Российское уголовное право. Курс лекций в 8 т. Том 8. Международное уголовное право. / под. ред. А.И. Коробеева. – Владивосток: Изд.-во Дальневост. ун-та. 2004. – 400 с.

5. Сомова Ю.В. Отношение к использованию примечаний в уголовном законодательстве стран Азии. //Следователь. 2008. №11. С 59-61.

6. Уголовный кодекс Японии / нау. ред. и предисловие А. И. Коробеева – СПб.: «Юридический центр Пресс». 2002. – 226 с.

Еще пример: в законе не определяются и «приготовительные действия» (действия «до начала совершения» акта), которые, в принципе, ненаказуемы. Однако в Особенной части УК предусмотрены кары за подготовку к тяжким преступным акциям, таким как внутреннее восстание, внешняя агрессия, ведение «личной войны» (ст.ст. 78, 88,98), поджог, убийство, разбой, фальшивомонетничество (ст. ст. 113,201,287,153 УК). В девятнадцати статьях Особенной части УК неоконченные антиобщественные деяния фигурируют как самостоятельные составы. Одновременно в послевоенном уголовном законодательстве (особенно об «общественном спокойствии») существует тенденция рассматривать сговор и другие приготовительные действия как самостоятельные оконченные преступления. Так, ст. 40 Закона о предотвращении подрывной деятельности вводит ответственность за подготовку беспорядков, имеющих политические цели.

Преступления против государства в уголовном праве Японии

Япония Уголовное право и процесс

Первым из всех японских кодексов, изданных в эпоху Мэйдзи, стал Уголовный кодекс 1870 г. (с дополнениями 1873 г.). По существу, это было систематизированное собрание феодальных законов, которые отличались от прежних лишь тем, что их перестали скрывать от населения. Главным способом расследования по уголовным делам по-прежнему официально признавалась пытка, отмененная лишь в 1879 г. благодаря настойчивым обращениям Г. Буассонада к японскому правительству. В 1882 г. были изданы составленные (под руководством Г. Буассонада) по образцу французских законов Уголовный кодекс и Закон об уголовной процедуре. Эти акты явились значительным шагом вперед в развитии и обновлении японского права. В частности, Уголовный кодекс 1882 г. впервые ввел в японскую судейскую практику принцип “нет преступления и наказания без указания о том в законе” и запрет придания обратной силы закону, вводящему или усиливающему уголовную ответственность. Этот Кодекс включил ряд гуманных положений старояпонского права, например оговорку об обязательном смягчении ответственности по всем преступлениям, если виновный добровольно сообщит властям о своем участии в данной преступной акции. Кодекс окончательно отменил телесные и позорящие наказания и так называемые квалифицированные виды смертной казни.

Однако по мере усиления реакционных, военно-бюрократических тенденций в политике японского правительства подготовка уголовных законов в Японии (подобно гражданскому и торговому законодательству) стала ориентироваться не на “классические” буржуазные французские кодексы, а на “родственное японскому духу” германское буржуазно-помещичье законодательство. В 1907 г. был издан Уголовный кодекс, который ввел широчайшее судейское усмотрение как в определении размеров санкции, так и в установлении состава того или иного преступления. Этому в значительной мере способствовали и формулировки Кодекса, содержавшие лишь самые общие дефиниции преступлений и широкие рамки предусмотренных наказаний.

Читайте также:  Экзамен площадка в гаи 2020 на автомате

В таком же направлении изменялось японское законодательство в области уголовного процесса. В 1890 г. был принят Уголовно-процессуальный кодекс, в основном следовавший составленному по французскому образцу Закону об уголовной процедуре 1880 г. и лишь частично отразивший положения германского права. В 1922 г. он был заменен новым УПК, составленным теперь уже по образцу германского Уголовно-процессуального кодекса 1877 г. и значительно ограничивавшим права обвиняемого.

Начиная с 20-х гг. XX в. в уголовное законодательство Японии было внесено немало изменений самого реакционного характера, направленных на ужесточение репрессий и расширение чрезвычайных полномочий полиции (Закон о поддержании общественного спокойствия 1928 г. и др.).

Крах японского милитаризма в результате Второй мировой войны имел своим следствием существенные преобразования во всей государственно-политической и правовой системе страны. Большим завоеванием демократических сил Японии стало включение в Конституцию положений о ненарушимости основных прав человека (ст.11), уважении личности (ст.13), равенстве всех перед законом (ст.14), свободе мысли, совести, вероисповедания, собраний, объединений, слова, печати и других способов выражения мнений (ст.19-23).

Смертная казнь предусмотрена японским законодательством за несколько видов преступлений, однако фактически смертные приговоры выносятся в последние годы лишь за тяжкое убийство и приводятся в исполнение крайне редко (не более 2-3 казненных в год).

Особое значение имеют провозглашенные в Конституции права граждан в сфере уголовного судопроизводства: запрет применять наказания без соответствующей процедуры (ст.31), право на судебное разбирательство любого обвинения (ст.32), запрет незаконного ареста (ст.33), право на защиту (ст.34), запрет незаконных обысков (ст.35), применения пыток и жестоких наказаний (ст.36), право каждого обвиняемого по уголовному делу на быстрое и открытое разбирательство его дела беспристрастным судом, на бесплатную, если в этом есть необходимость, юридическую помощь (ст.37) и др. С учетом распространенной практики нарушения элементарных прав подозреваемого и вынесения неправосудных приговоров в Конституцию была внесена следующая норма: “Никто не может быть принуждаем давать показания против самого себя. Признание, сделанное по принуждению, под пыткой или под угрозой либо после неоправданно длительного ареста или содержания под стражей, не может рассматриваться как доказательство” (ст.38).

Исходя из теории разделения властей Конституция, передав всю полноту судебной власти Верховному суду и соответствующим судам низших инстанций, провозгласила: “Все судьи независимы и действуют, следуя голосу своей совести; они связаны только настоящей Конституцией и законами” (ст.76). Последующая японская история знает немало примеров нарушения Конституции в названной сфере, но сам факт провозглашения независимости судей бесспорно сыграл прогрессивную роль.

На базе Конституции 1946 г. были пересмотрены многие законодательные акты, в том числе в области уголовного правосудия. Принятый в 1947 г. Закон о полиции ликвидировал прежний предельно централизованный полицейский механизм и поставил ее под известный контроль местных властей. В 1948 г. вступил в силу новый Уголовно-процессуальный кодекс, включивший в себя ряд институтов американского права и, по сравнению с прежним УПК, усиливший защиту прав подозреваемого и обвиняемого. В этот же период приняты законы о судоустройстве (1947), о прокуратуре (1947), об адвокатуре (1949). Все они продолжают действовать, хотя и неоднократно подвергались изменениям. В свою очередь, Верховный суд в соответствии с предоставленными ему Конституцией большими полномочиями издал документ под названием “Уголовно-процессуальные правила” (1948), в которых развивались и детализировались многие положения Уголовно-процессуального кодекса (соответствующие правила были приняты Верховным судом и для гражданского процесса, и для рассмотрения семейных споров, и по ряду вопросов управления судами). В целом реформа системы японского судопроизводства значительно укрепила позиции демократических сил в стране и создала правовую базу для их последующей борьбы с реакцией.

В действующей судебной процедуре переплетаются элементы прошлого, связанные прежде всего с “инквизиционным процессом”, в котором решающая роль принадлежит признанию обвиняемого, и элементы, заимствованные из англо-американской системы судопроизводства, где всячески подчеркивается состязательный характер судебного процесса и внешне беспристрастная позиция судьи. Несмотря на все изменения в уголовно-процессуальном законодательстве и даже на прямой конституционный запрет подвергать наказанию кого-либо, если единственным доказательством против него служит собственное признание, предварительное следствие в Японии, проводимое как полицией, так и прокуратурой, по-прежнему ориентировано на то, чтобы вырвать такое признание. Для этого нередко используются самые изощренные приемы воздействия на психику, в особенности в первые 23 дня после предъявления ордера на арест, когда полиция вправе держать подозреваемого в полной изоляции, без свиданий с близкими и друзьями.

Психология многих японских судей также в значительной мере привязана к традиционной формуле японского права, включавшейся вплоть до введения Уголовно-процессуального кодекса 1948 г. во все судебные наставления, – “Признание является первейшим из всех доказательств”. Под очевидным влиянием средневекового письменного судопроизводства установлен порядок, согласно которому в современный суд прокурор представляет письменные показания свидетелей и лишь в случае их оспаривания защитой тот или иной свидетель вызывается для допроса в суд. Доказательственная сила письменных показаний, полученных в ходе предварительного следствия, столь велика, что, согласно ст.321 УПК, прокурор при определенных условиях может требовать следовать им даже в случае отказа свидетеля от них в судебном заседании.

Существенно новым институтом в послевоенной судебной процедуре стал и перекрестный допрос, который усилил состязательное начало и оценивается как весьма прогрессивный. Специфичен для Японии институт “разъяснения”, появившийся в ходе послевоенных реформ уголовного процесса. После того как оглашено обвинительное заключение, и до рассмотрения вопроса о том, признает ли подсудимый свою вину, защита получила право требовать, чтобы прокурор разъяснил отдельные пункты обвинительного заключения; в соответствующих случаях это дает возможность сразу же обнажить шаткость обвинения.

С конца 1950-х гг. в Японии реализуется идея интенсификации уголовного процесса, порожденная перегрузкой судов гражданскими и уголовными делами, затягиванием разбирательства и волокитой, вызывающими недовольство населения и рост недоверия ко всей системе судопроизводства. В частности, в целях ускорения процесса примерно за неделю до суда проводится “предварительная подготовка”, т.е. совещание судьи, прокурора и защитника, которым предстоит участвовать в деле. На таком совещании они договариваются по многим вопросам предстоящего суда, имеющим весьма существенное значение, в том числе о примерном количестве вызываемых каждой стороной свидетелей, о регламенте их допроса и т.п. При этом обсуждаются и документальные доказательства, которые стороны представят в суд.

Следующим элементом интенсификации стало установление четкого графика судебного разбирательства конкретного дела, не допускающего его растягивания на месяцы. В этих целях была упрощена даже процедура составления протоколов судебных заседаний – в них стали вносить не буквальную запись, а общий смысл показаний свидетелей и выступлений сторон.

Первоначально система интенсивного судебного разбирательства начала применяться в отдельных судах, прежде всего в наиболее перегруженном токийском; в 1957 г. Верховный суд дал указание о ее повсеместном введении, и, наконец, с 1 января 1962 г. вступили в силу уголовно-процессуальные нормы, окончательно узаконившие эту систему. При всей ее критике японскими юристами, отмечающими нарушение принципов публичности судебного разбирательства, беспристрастности судей, она признается известным выходом из кризиса юстиции, порожденного перегрузкой судей и длительными сроками разбирательства дел.

В отличие от процессуальных институтов материальное уголовное право в меньшей степени было затронуто послеконституционными реформами. Несмотря на известные изменения (в частности, на отмену в 1947 г. некоторых статей Уголовного кодекса, касающихся посягательств на императора и его семью, а также других явно устаревших положений), в Японии и поныне действует Уголовный кодекс 1907 г. (в редакции 1947 г. с последующими исправлениями и дополнениями). Попытки полной реформы уголовного законодательства, т.е. замены этого Кодекса другим, предпринимались неоднократно (проекты 1927, 1947, 1972 гг. и др.), однако каждый раз по тем или иным причинам оказывались безрезультатными. Ныне такие попытки встречают сопротивление со стороны демократической общественности, которая опасается, что реформа может привести к реакционным преобразованиям уголовного законодательства и к ограничениям прав граждан.

В качестве источников уголовного права наряду с Уголовным кодексом 1907 г. выступают Закон о малозначительных преступлениях 1948 г., Закон о несовершеннолетних 1948 г. и другие периодически изменяемые и дополняемые акты.

Вагацума С., Ариидзуми Т. Гражданское право Японии. Книга первая. М., 1983.

Еремин В. Н. Политическая система современного японского общества. М., 1992.

Преступление и наказание в Англии, США, Франции, ФРГ, Японии. Общая часть. М., 1991.

Уголовный кодекс Японии / Под ред. А.И. Коробеева. Владивосток, 2000.

Цунэо Инако. Современное право Японии. М., 1981.

Henderson D. F. Law and Legal Process in Japan. Washington, 1978.

Hoadley M. C. Introduction to Japanese Law. Tucson, 1981.

Noda Y. Introduction to Japanese Law. Translated and ed. by A. H. Angelo. University of Tokyo Press, Forest Grove, Oregon, 1975.

Однако по мере усиления реакционных, военно-бюрократических тенденций в политике японского правительства подготовка уголовных законов в Японии (подобно гражданскому и торговому законодательству) стала ориентироваться не на “классические” буржуазные французские кодексы, а на “родственное японскому духу” германское буржуазно-помещичье законодательство. В 1907 г. был издан Уголовный кодекс, который ввел широчайшее судейское усмотрение как в определении размеров санкции, так и в установлении состава того или иного преступления. Этому в значительной мере способствовали и формулировки Кодекса, содержавшие лишь самые общие дефиниции преступлений и широкие рамки предусмотренных наказаний.

Понятие и значение субъективной стороны преступления по уголовному законодательству некоторых стран АТР (Китай, Япония, Республика Корея)

Россия, г. Улан-Удэ

Понятие и значение субъективной стороны преступления по уголовному законодательству некоторых стран АТР (Китай, Япония, Республика Корея)

Поскольку деяние представляет собой акт поведения, преступными могут быть признаны лишь такие действия или бездействие, которые образуют поведение в том смысле, который вкладывается в это понятие психологией. Поведение характеризуется признаками мотивированности (наличием побуждений, вызвавших деяние) и целесообразностью, которая выражается в осознании человеком возможных результатов его поступков. Если хотя бы один из данных признаков отсутствует, то нет преступного поведения.

Например, не являются преступными рефлекторные действия. Так, если один человек пытается схватиться за другого, чтобы избежать падения, и в результате последнему причиняет вред здоровью, то указанные действия не могут быть признаны преступными. Аналогично дело обстоит в случаях, когда деяние совершается в бессознательном состоянии или вследствие действия непреодолимой силы (стихийного бедствия или созданной другими людьми нештатной ситуации). Во всех этих случаях нельзя говорить о свободе воли человека. У данного лица отсутствует выбор между правомерным и неправомерным, преступным и непреступным поведением. Законодательство многих стран содержит специальные положения, устанавливающие правомерность таких деяний.

Например, УК Китая в ст. 13 устанавливает, что «деяния, которые объективно хотя и привели к вредным последствиям, но не являются следствием умышленной или неосторожной вины, а вызваны непреодолимой силой или невозможностью ее предвидеть, не признаются преступными».

Понятие преступление по уголовному законодательству Японии, КНР, Республики Корея толкуется по-разному. Несомненно, что в одной главе невозможно отразить все, что обычно входит в отдельные тома в отношении каждой страны, однако даже краткий сравнительный обзор действующих способов решения вопросов о преступлении в этих странах позволит по-иному осознать и наше внутреннее право. Ведь историческо-правовой опыт России, граничащей с указанными государствами, несомненно, включает в себя их опыт.

Несмотря на сходство культур в прошлом в результате огромного влияния КНР на Японию и Корею, в настоящее время законодатели этих стран вовсе не идут по пути слепого копирования законов друг друга, как случалось иногда на поворотах истории. Так, например, наличие Общей части в УК Республики Кореи [1] и УК Японии подталкивает российского читателя найти в ней и некое общее понятие о преступлении. Однако поиски напрасны, поскольку там такого понятия не содержится. Не исключено, что в этом проявляется древний подход в Японии и Корее к праву по принципу: «народ должен соблюдать законы, но не должен знать их».[2]

По Уголовному кодексу Российской Федерации «преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное настоящим Кодексом под угрозой наказания» (ст.14 УК РФ). УК РФ не содержит понятие вины, а определяет посредством раскрытия в законе ее конкретных форм (умысел и неосторожность).

Вторая глава Общей части УК РК именуется “Преступление” и включает в себя пять разделов. Данная глава регламентирует институт преступления в уголовном законе Республики Корея. Ее анализ позволяет констатировать: действующий УК РК не содержит законодательных определений преступления и основания уголовной ответственности, что, по нашему мнению, является серьезным пробелом в регулировании уголовной ответственности.[3] За научным трактованием преступления в РК, например, следует обратиться к юридической энциклопедии, изданной в Южной Корее. В статье о преступлении разъясняется, что существует «два понятия слова преступление», а именно обиходное и научное. Первое понятие имеет в виду всякое правонарушение, рассматриваемое как нарушение установленного общественного порядка, тогда как второе под­разумевает «посягательство на установленный законом общественный порядок, государственный суверенитет, личные права граждан и их жизнь, общественную и частную собственность и другое».[4]

Вина, согласно УК РК, может выступать в виде преступного умысла (намерения) и преступной небрежности (неосторожности). В ст. 14 УК РК, формулирующей преступную небрежность, имеется принципиальная оговорка: “деяние. подлежит наказанию только в случаях, предусмотренных законом”, что ограничивает область применения уголовного закона за преступления, совершенные по неосторожности.

Интересно отметить, что в японской энциклопедии статья «Преступление», так же как и в УК, не содержит толкования понятия, хотя исследователи отмечают, что в японской науке господствует точка зрения, согласно которой квалифицировать действие как преступное или непреступное надо в такой последовательности: 1) соответствие (несоответствие) признакам уголовного состава; 2) отсутствие (наличие) факторов, исключающих противоправность (необходимая оборона, крайняя необходимость и т. п.); 3) отсутствие (наличие) факторов, исключающих виновность (психические параметры, возраст и т. п.).

Обязательным условием, которое «необходимо для совершения преступления» (т. е. для квалификации деяния как преступного) является состав преступления. По мнению одних общий состав преступления имеет три признака: действия, противоправность и вина (Коидзуми, Кусано); другие выделяют следующие три признака: действие, соответствие действия составу преступления, противоправность и вина (Оно); третьи различают четыре признака: действие, соответствие действия составу преступления, противоправность и вина (Такикава); четвертые делят его на пять признаков: действующее лицо, действие, соответствие действия составу преступления, противоправность и вина (Ясухира). Японские правоведы проявляют большой интерес к теории противоправности, воспринимая и модифицируя, главным образом, западные подходы. Одна группа специалистов утверждает, что противоправность состоит в том, что преступник преднамеренно игнорирует право, то есть его действия осознанно противоречат нормам (субъективная концепция). Другая группа считает противоправной ситуацию, которая – вне зависимости от намерений – недопустима с точки зрения права (объективная концепция). С формальной стороны противоправность – это противозаконность. Спорным остается и понятие виновности: «сущность вины – это тема, по которой развертывалась острейшая дискуссия между новой и старой научными школами» – это несовпадаемость моральной и социальной трактовок вины и тенденция смягчить это противоречие; развитие психологической идеи вины и ее переход в нормативную концепцию; противоречие между доктринами, одна из которых связывает вину с – содеянным, а другая – с личностью или ее свойствами.[5]

Читайте также:  Основные способы истребования алиментов с отца

Законодатель КНР решил облегчить задачу правоприменителям, поместив в уголовные кодексы разъяснение понятия «преступление». В частности, статья 13 УК КНР отличается большей подробностью, устанавливая, что «преступлением являются все деяния, угрожающие государственному суверенитету, территориальной целостности и безопасности, направленные на развал государства, подрыв власти народно-демократической диктатуры, свержение социалистического строя, нарушение общественного порядка, посягающие на государственную или коллективную собствен­ность трудящихся масс, частную собственность граждан, их личные, демократические и иные права, а также иные деяния, наносящие вред обществу, за которые в Кодексе предусмотрено наказание, являются преступлениями». Однако явно малозначительное, деяние небольшой тяжести не признается преступлением.

Отдельно и подробнее закрепляются и формы вины, например: преступление признается совершенным умышленно, если лицо сознавало общественно опасный характер своих действий и их последствий, желало их наступления и сознательно допускало их наступления. Преступление, совершенное умышленно, влечет уголовную ответственность (ст. 14 УК КНР). Законодатель КНР поясняет, что преступление признается совершенным по неосторожности, если лицо, совершая деяние, должно было предвидеть его общественно опасные последствия, однако по небрежности их не предвидело либо предвидело, но легкомысленно надеялось их предотвратить, а последствия наступили. Уголовная ответственность за преступление, совершенное по неосторожности, наступает в случаях, прямо предусмотренных законом (ст.15 УК КНР). И, деяния, которые объективно хотя и привели к вредным последствиям, но не являются следствием умышленной или неосторожной вины, а вызваны непреодолимой силой или невозможностью их предвидеть, не признаются преступными (ст. 16 УК КНР)

Законодатели соседних с нами стран примерно одинаково подходят к вопросу о влиянии степени виновности в совершенном общественно опасном деянии на виды и размеры наказания. Повсюду отмечается, что сознательное отношение лица к совер­шаемому им противоправному деянию и его последствиям представляет большую опасность для общества, а потому должно влечь за собой более суровое наказание, чем деяние, совершенное по неосторожности (ср., например, ст. 13 и 14 УК РК, ст. 38 УК Японии, ст. 14-16 УК КНР). Разумеется, что несомненное желание совершения преступления, т. е. умысел (прямой или косвенный) в высшем своем проявлении, чаще может наблюдаться в групповых преступлениях или в соучастии в совершении преступлений, и законодатели рассматриваемых стран уделяют этой стороне внимание, хотя и по-своему. Как можно заметить из приведенных выше структур уголовных кодексов, все они связывают мягкость или суровость наказания со стадией преступления, поскольку в зависимости от составов преступ­ления реальную угрозу для общества может представлять не только завершенное преступление, но и действия, предшествовавшие его окончанию. Именно поэтому законодатели стран-соседей, также как и в российском законодательстве, устанавливают уголовную ответственность за покушение на преступление (ст. 43 УК Японии) и снисходительно относятся к лицам, добровольно прекратившим совершение преступления либо отказавшимся от его совершения. Как правило, случаи наказания за покушение определяются в статьях о соответствующих преступлениях (например, ст. 44 УК Японии). УК РК больше внимания уделяет стадии незавершенного преступления, чем УК Японии (ст. 25-29), хотя при установлении ответственности за покушение или отказ от завершения преступления ссылка дается на статью, предусматривающую конкретное преступление. В отличии от российского уголовного законодательства, термин «приготовление к совершению преступ­ления» отсутствует в УК Японии и УК РК, что существенно смягчает ответственность, а даже в некоторых случаях полностью исключает наказание. [6]

Ученые-россияне еще только спорят о целесообразности введения в УК РФ норм, которые регламентировали бы институт уголовно-правовой ошибки. А в УК РК такого рода институт предусмотрен в ст. ст. 15 и 16, посвященных фактической ошибке и юридической ошибке соответственно. Однако анализ указанных уголовно-правовых норм приводит к выводу, что регламентация института фактической ошибки небезупречна. Так, согласно параграфу 1 ст. 15 УК РК, “деяние, совершенное вследствие незнания фактов, которые составляют более тяжкое преступление, не должно быть наказуемо как более тяжкое преступление”. С точки зрения российского уголовного законодательства, данное положение считается снисходительным по отношению к лицам, переступившим закон, так как незнание фактов не исключает то, что лицо могло или должно было предвидеть данные последствия.

И так, при подробном изучении российского уголовного законодательства и уголовного законодательства Японии, Китая, Республики Корея можно прийти к выводу, что в российском уголовном праве, что и в уголовном праве стран АТР отсутствует термин «субъективная сторона преступления». Однако законодатели данных стран используют этот термин путем раскрытия таких понятий: 1) вина в форме умысла (прямой или косвенный) и неосторожности (легкомыслие или небрежность), мотив, цель (уголовное законодательство РФ); 2) Вина, в виде преступного умысла (намерения) и преступной небрежности (неосторожности) (уголовное законодательство Республики Корея); 3) уголовное законодательство Японии связывает вину в двух аспектах, с содеянным, или же с личностью или ее свойствами.

В российском уголовном законодательстве, также как и в странах АТР значение субъективной стороны преступления определяется следующими обстоятельствами: субъективная сторона является обязательным элементом преступного деяния, ее отсутствие исключает состав преступления.

В ряде случаев признаки субъективной стороны преступления по УК РФ позволяют отграничить одно преступное деяние от другого (захват заложника, ст. 206 УК РФ, отличается от похищения человека, ст. 126 УК РФ, по одному из признаков субъективной стороны – цели). В первом случае виновный преследует цель понудить государство, организации или гражданина совершить какое-либо действие или воздержаться от совершения какого-либо действия. Во втором случае виновный преследует любые иные цели (месть и т. п.).

Субъективная сторона преступления существенным образом влияет на степень общественной опасности содеянного и, как следствие, на вид и размер окончательного наказания. Например, умышленное убийство, ч. 1 ст. 105 УК РФ, наказываются лишением свободы на срок от шести до пятнадцати лет, в то время как причинение смерти по неосторожности, ст. 109 УК РФ, которое отличается от убийства по форме вины, наказывается ограничением свободы на срок до двух лет или лишением свободы на тот же срок.[7]

Изучение мотива и цели преступления – факультативных признаков субъективной стороны – позволяет в ряде случаев определить истинные причины, подвигшие виновного к совершению преступления. Анализ психологических факторов, лежащих в основе преступления, целей, к которым стремился виновный, способствует пониманию природы возникновения и становления антисоциальных установок, подвигшие виновного, в конечном счете, к совершению антиобщественного деяния.

Как бы законодатель разных стран не определял понятие преступления, его состав, субъективная сторона, как совокупность предусмотренных законом признаков, характеризующих внутреннюю сторону преступного деяния обуславливают важное значение субъективной стороны для обоснования уголовной ответственности, квалификации преступления и для назначения наказания, а также является необходимым условием соблюдения таких принципов уголовного права, как принципы законности, вины, справедливости, гуманизма.

1. Егоров состава преступления в уголовном праве: Учеб. Пособие.- М. – Воронеж.: 2001

2. , А как у них? Преступление и наказание в странах Юго-Восточной Азии. http://*****/

3. Клюканова право зарубежных стран.: СПб.: изд. Юридического института.- 1998

4. Понятие преступления в уголовном праве Японии. www. *****/analit/

5. УК РК. С изменениями и дополнениями на 1 октября 2003 г.- СПб.- 2003

[2] Клюканова право зарубежных стран.: СПб.: изд. Юридического института.- 1998.

[3] УК РК. С изменениями и дополнениями на 1 октября 2003 г.- СПб.- 2003.

[4] , А как у них? Преступление и наказание в странах Юго-Восточной Азии. http://*****/

[5] Понятие преступления в уголовном праве Японии. www. *****/analit/

[6] , А как у них? Преступление и наказание в странах Юго-Восточной Азии. http://*****/

[7] Егоров состава преступления в уголовном праве: Учеб. Пособие.- М. – Воронеж.: 2001.- С.40

[4] , А как у них? Преступление и наказание в странах Юго-Восточной Азии. http://*****/

Понятие и классификация преступлений в Японии

Как отмечалось выше, в японской доктрине раскрытие категории «ответственности» начинается с понятия «ответственности», а основное содержание дальнейшего анализа состоит в исследовании «условий ответственности», которыми являются «способность нести ответственность», «умысел как элемент ответственности» и «неосторожность как элемент ответственности», «возможность рассчитывать» (на выбор лицом законного варианта поведения).

Уголовное право Японии

  • История развития уголовного законодательства
  • Понятие преступления и наказания

Уголовный кодекс определяет виды преступлений и наказаний. Стоит заметить, что он подразделяется на две книги, или части.

Главная > Реферат >Государство и право

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ

«ТВЕРСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»

КАФЕДРА УГОЛОВНОГО ПРАВА И ПРОЦЕССА

Типичную (при определенных вариациях у каждого автора) для японских авторитетов по проблемам Общей части уголовного права «рамочную» схему соотношения основных институтов этой области можно видеть, в частности, в недавно вышедшей книге Ито «Введение в уголовное право» 2 . Автор – руководитель курсов по подготовке к сдаче государственных юридических экзаменов, которые после окончания юрфака и продолжительной практики на вспомогательных ролях обязан сдать каждый желающий заниматься самостоятельной юридической деятельностью. Книга носит характер стандартного учебного пособия, отличается внимательным отношением автора к мнениям других специалистов по дискуссионным проблемам.

Основания для предоставления субвенции

Субвенции предоставляются при недостаточности источников доходов, регулируемых и закрепленных, с целью выравнивания минимального уровня финансового обеспечения муниципальных образований и субъектов РФ.

Основанием для выделения субвенции являются:

– соответствующие законы и подзаконные акты;

– решения органов местного самоуправления;

– целевые программы, в том числе федерального уровня. Целевая программа — это перечень мероприятий, направленных на достижение конкретной цели. Целевые программы по уровню реализации подразделяются на федеральные целевые программы, которые преследуют цели общефедерального уровня и на региональные целевые программы, которые направлены на достижение целей в пределах конкретных субъектов РФ. В зависимости от поставленной задачи, целевые программы могут быть:

Бюджетные субвенции, предусмотренные законодательными актами, выделяются в том случае, когда у нижестоящей инстанции (бюджета) возникают дополнительные незапланированные расходы или повышенные затраты.

При выявлении таких затрат для хозяйственных субъектов (юридических лиц) решения о выделении денег принимаются органами местной власти.

направленности субвенции исключительно на создание, прирост или обновления основных фондов коммунальной формы собственности;

Виды выплат

Все денежные выплаты предоставляются для удовлетворения получателем определенных целей. В зависимости от того, на какие именно цели будут потрачены средства, материальную поддержку можно подразделить на несколько видов.

Субвенцию можно подразделить на виды в зависимости от тенденций, существующих в государственной экономике. В основном же подразделение на типы происходит в зависимости от целей:

  1. Осуществление полномочий органами местной власти;
  2. Покрытие дефицита бюджета;
  3. Выполнение государственного заказа.

Виды субсидий зависят от основных направлений соцподдержки в стране:

  1. Поддержка семьи;
  2. Разделение ответственности при уходе за недееспособным человеком.

Субсидии могут предоставляться гражданам в качестве пособия, а могут иметь вид льгот, К примеру:

  1. Выплаты на покупку жилья;
  2. Льготы при оплате ЖКХ;
  3. Помощь в открытии своего бизнеса;
  4. Выплата детских пособий;
  5. Льготы для военнослужащих;
  6. Квоты на лечение.

Виды субсидий зависят от основных направлений соцподдержки в стране:

Дотации и субвенции: что общего и что не так

Дотируемые денежные средства тоже не требуют возврата, а их использование особо не контролируется. Хозяйственные структуры довольно редко применяют такую форму финансирования. Это могут быть разнообразные пожертвования в те или иные фонды (организации). Дотации, как правило, имеют социальные цели. Могут выделяться рядовым гражданам как различными организациями, так и государственными структурами.

Наиболее развитые страны способны дотировать целые отрасли экономики. Это могут быть, например, фундаментальная наука, АПК, космические исследования, другие. Под дотацией понимается некая доплата к уже имеющимся средствам. К примеру:

  • дотация от государства убыточным предприятиям, находящимся на пути банкротства;
  • дотация работнику предприятия для оплаты санаторно-курортной путевки.

Этот вид денежной помощи не имеет конкретного целевого назначения и больше всего напоминает материальную помощь на текущие нужды.

Дотируемые денежные средства тоже не требуют возврата, а их использование особо не контролируется. Хозяйственные структуры довольно редко применяют такую форму финансирования. Это могут быть разнообразные пожертвования в те или иные фонды (организации). Дотации, как правило, имеют социальные цели. Могут выделяться рядовым гражданам как различными организациями, так и государственными структурами.

Чем отличается субсидия

Виды субсидий являются отражением основных направлений социальной политики в нашей стране: это поддержка семьи, детства, старости, разделение ответственности по уходу за недееспособными гражданами.

Как уже было сказано выше, субсидии могут выплачиваться в виде пособия, а могут предоставляться как льгота. Законотворцы постоянно находятся в диалоге с гражданами, поэтому система субсидирования является одной из самых подвижных и гибких – каждые полгода законы, регламентирующие процедуру назначения пособий и льгот, обновляются.

На данный момент существуют следующие виды субсидий:

  1. Оплата жилищно-коммунальных услуг.
  2. Программы приобретения жилья.
  3. Помощь в открытии бизнеса подопечным биржи труда.
  4. Финансовая поддержка инвалидов и граждан, пострадавших от катастроф и бедствий.
  5. Поддержка молодых супружеских пар, многодетных родителей и матерей-одиночек.
  6. Детские и пенсионные пособия.
  7. Выделение квот на дорогостоящее лечение.
  8. Комплекс льгот для военнослужащих и ветеранов.

Из последних обновлений в законодательстве можно отметить выделение средств на помощь по выплате ипотечного кредита и поддержку бизнеса (льготное кредитование юридических лиц). В ближайшее время планируется разработать программы субсидирования сельского хозяйства.

Из последних обновлений в законодательстве можно отметить выделение средств на помощь по выплате ипотечного кредита и поддержку бизнеса (льготное кредитование юридических лиц). В ближайшее время планируется разработать программы субсидирования сельского хозяйства.

Субвенции: основания для предоставления

На самом деле все не так уж и запутанно. Итак, что такое субвенция? Так называют денежные средства, которые госбюджет выделяет бюджетам более низкого уровня или юридическим лицам. Такая материальная помощь выделяется при недостаточности финансирования того или иного проекта собственными средствами.

Предоставление субвенций может осуществляться только на условиях и в соответствии с решениями местных органов госуправления. Такая денежная «подпитка» может полностью покрывать расходы, связанные с тем или иным проектом, либо выступать в качестве и на условиях долевого участия.

Отличительной чертой субвенции является тот факт, что в случае неиспользования предоставленных средств по целевому назначению их следует вернуть в распоряжение того органа (бюджета), который их предоставил.

  • научно-техническими;
  • экологическими;
  • социальными;
  • внешнеэкономическими;
  • производственно-техническими.
Ссылка на основную публикацию