Критерии определения разумного срока в уголовном суде

Разумный срок уголовного судопроизводства как правовое понятие

Аширбекова Мадина Таукеновна, профессор юридического факультета Волгоградского филиала Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ, доктор юридических наук, доцент.

Некенова Светлана Бадняевна, преподаватель факультета управления и права Калмыцкого государственного университета.

В статье отмечается актуальность определения правового понятия “разумный срок уголовного судопроизводства”. Рассматриваются положения, составляющие сущность этого понятия, а также утверждается, что понятие “разумный срок” отражает справедливое соотношение частных и публичных интересов в уголовном процессе.

Ключевые слова: разумный срок, эффективность производства, нематериальное благо, интерес.

A reasonable time in criminal proceedings as a legal concept

M.T. Ashirbekova, S.B. Nekenova

The article notes the relevance of definition of the legal notion of “reasonable time in criminal proceedings”. The provisions which constitute the essence of this concept are considered, and also is claimed that the term “reasonable time” reflects the fair ratio of private and public interests in criminal proceedings.

Key words: a reasonable time, production efficiency, non-material value, interest.

Правовое понятие “Разумный срок судопроизводства”, возникнув в сфере естественного права, вошло в российское уголовно-процессуальное законодательство, образно говоря, на “крыльях” пилотного Постановления Европейского суда по правам человека “Бурдов против России” (N 2) .

Постановление Европейского суда по правам человека от 15.01.2009 по делу “Бурдов против Российской Федерации (Burdov v. Russia)” (N 2) (жалоба N 33509/04). По делу обжалуется длительное уклонение властей от исполнения вступивших в силу решений, вынесенных в пользу заявителя. По делу допущены нарушения статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьи 1 Протокола N 1 // Российская хроника Европейского суда. Приложение к Бюллетеню Европейского суда по правам человека. Специальный выпуск. 2009. N 4. С. 79 – 106.

Получив законодательное оформление в нормах ст. 6.1, ч. 2 ст. 123, ч. 2.1 ст. 124, ч. 1 ст. 144, ч. 3 ст. 389.2 УПК РФ, разумный срок уголовного судопроизводства стал регулироваться в рамках действия позитивного уголовно-процессуального закона. В связи с этим можно отметить сближение позиций позитивистского и естественно-правового направлений правовой мысли при конструировании новой, хотя и локальной, модели уголовно-процессуальных отношений по поводу сроков производства, субъективных прав частных лиц, участвующих в уголовном процессе, на разумный срок и обязанностей субъектов, ведущих уголовный процесс, обеспечивать эти права. В данном случае уместны слова теоретиков права о том, что “юридический позитивизм становится “более утонченным” и движется к позициям, близким к теории естественного права, а теория естественного права, в свою очередь, развивается в направлении юридического позитивизма” .

См.: Мартышин О.В. Совместимы ли основные типы понимания права? // Государство и право. 2003. N 6. С. 18; Туманова А.С., Киселев Р.В. Права человека в правовой мысли и законотворчестве Российской империи второй половины XIX – начала XX века. М., 2011. С. 69.

Однако именно это обстоятельство и создает, на наш взгляд, сложности для определения правового понятия “разумный срок судопроизводства”. Между тем уточнение сущности разумных сроков судопроизводства, уяснение ценностей, заложенных в основу общеевропейского подхода к определению разумности срока судебного разбирательства, является одним из актуальных направлений правовых исследований .

См.: Стандарты справедливого правосудия (международные и национальные практики) / Под ред. Т.Г. Морщаковой. М., 2012. С. 137; Образцов А.В. От разумных сроков в уголовном процессе к принципу разумности // Российский следователь. 2011. N 6. С. 33.

Безусловно, в юридической науке, в том числе и в науке уголовно-процессуального права, предприняты попытки определить разумный срок как правовое понятие. При этом большинство исследователей подходят к этому понятию, во-первых, “от обратного”, т.е. посредством освещения предусмотренных законом критериев превышения разумных сроков, а потому дающих представление о неразумных сроках; во-вторых, путем соотнесения “разумного срока” с уже установленными законом процессуальными сроками .

См., например: Шадрина Е.Г. “Разумный срок” уголовного преследования: понятие и критерии определения // Юридическая мысль. 2010. N 6. С. 101; Поляков И.Н. Разумные сроки судопроизводства: понятие и значение // Российская юстиция. 2011. N 4. С. 34; Волынец К.В. Некоторые проблемы в правовом регулировании принципа “Разумный срок уголовного судопроизводства” // Вестник Удмуртского университета. Серия: Экономика и право. 2013. N 1. С. 183 – 184.

Отдельные же авторы вполне обоснованно рассматривают правовое понятие “разумный срок судопроизводства” в единстве времени и деятельности субъектов уголовного процесса, осуществляемой в эти сроки. Так, В.М. Полухин характеризует проявления разумного срока в праве с точки зрения осуществляемых в их ходе действий, оцениваемых в сравнении с некоторыми эталонными действиями среднего человека, когда невозможно установить абсолютные сроки, предвидеть конкретные препятствия для соблюдения процессуального срока. При этом подчеркивает, что “понятие разумного срока в уголовном судопроизводстве раскрывается через указание обстоятельств, которые следует учитывать при оценке отклонения от процессуального срока по уголовному делу” .

См.: Полухин В.М. Реализация разумного срока в уголовном процессе как правовая проблема укрепления российской государственности // Наука и образование: хозяйство и экономика; предпринимательство; право и управление. 2012. N 4. С. 58 – 62.

И.С. Дикарев и П.С. Гордеев полагают, что разумный срок – срок, продолжительность которого является оптимальной (достаточной и необходимой), для того чтобы принятие процессуального решения, выполнение процессуального действия, завершение отдельной стадии уголовного процесса или производства по уголовному делу в целом обеспечивали реализацию назначения уголовного судопроизводства .

См.: Дикарев И.С., Гордеев П.С. Разумность процессуальных сроков – принцип уголовного судопроизводства // Вестник Волгоградского государственного университета. Сер. 5: Юриспруденция. 2012. N 1 (16). С. 115 – 117.

Тем не менее приведенные суждения мало отличают понятие “разумный срок” от формально определенных процессуальных сроков, которые, надо думать, не устанавливаются законодателем абсолютно произвольно, без учета практического опыта и, следовательно, не вредят достижению назначения уголовного процесса.

Понятно, что категория “разумный срок судопроизводства” отражает явление, которое больше чем просто какой-либо период времени. Во всяком случае, Европейский суд по правам человека не отождествляет разумность сроков судопроизводства с их краткостью .

См.: Афанасьев С.Ф. Право на справедливое судебное разбирательство: теоретико-практическое исследование влияния Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод на российское гражданское судопроизводство: Автореф. дис. . докт. юрид. наук. Саратов, 2010. С. 42.

Более того, Европейский суд по правам человека в ряде случаев, правда, не всегда касающихся Российской Федерации, признавал разумными такие сроки, которые явно превосходили процессуальные сроки, устанавливаемые законом. Так, по делу “Петухов против Украины” Европейский суд по правам человека признал нарушение разумности срока содержания В.С. Петухова под стражей, но не расценил общую продолжительность производства по уголовному делу в 3 года и 11 месяцев как нарушение права на разумные сроки уголовного судопроизводства. При этом суд указал, что дело заявителя было сложным, а каких-либо значительных периодов бездействия со стороны органов государственной власти не установлено .

См.: Постановление Европейского суда по правам человека от 21.10.2010 по делу “Петухов против Украины (Petukhov v. Ukraine)” (жалоба N 43374/02) // Стратегическая судебная защита. URL: hr-lawyers. По делу “Неймайстер против Австрии (Neumeister v. Avstri)” (жалоба N 1936/63) ЕСПЧ установил, что производство по делу длилось более семи лет с момента предъявления заявителю обвинения. Тем не менее, учитывая сложность дела, а также то, что оперативность действий национальных властей не может иметь место в ущерб установлению обстоятельств обвинения, не признал нарушения права заявителя на разумный срок судопроизводства. См.: Постановление Европейского суда по правам человека от 27.06.1968 по делу “Неймайстер против Австрии (Neumeister v. Avstria)” (жалоба N 1936/63). URL: http://europeancourt.ru/tag/ razumnyj-srok.

В этом и в других решениях Европейского суда по правам человека количественная (темпоральная) характеристика производства по уголовному делу, как правило, тесно увязывается с оценкой эффективности действий публичных субъектов, ведущих уголовный процесс. При этом ЕСПЧ подчеркивал, что последние обязаны “проявлять усердие” в ходе своей деятельности по уголовному делу и не допускать ограничения прав и законных интересов лиц, вовлекаемых в уголовный процесс в качестве сторон . В целом же в основе оценки сроков производства по делу как разумных Европейский суд по правам человека исходит из требования соразмерности между общей продолжительностью уголовного судопроизводства и качеством производства по уголовному делу и, соответственно, его результатом.

См.: Постановление Европейского суда по правам человека от 08.02.2005 по делу “Панченко против Российской Федерации (Panchenko v. Russia)” (жалоба N 45100/98) // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2005. N 9. С. 43 – 66; Постановление Европейского суда по правам человека от 02.11.2006 по делу “Комарова против Российской Федерации (Komarova v. Russia)” (жалоба N 19126/02) // Бюллетень Европейского суда по правам человека (российское издание). 2007. N 7. С. 79, 90 – 96; и др.

В таком случае при определении понятия “разумный срок судопроизводства” необходимо соотносить разные плоскости реальности – времени и деятельности человека. Но ради чего?

Очевидно, под правовым понятием “разумный срок судопроизводства”, кроме его видимой темпоральной характеристики и выявляемой эффективности действий публичных субъектов, ведущих уголовный процесс, подразумевается более мощный заряд – некое благо, обусловливающее интерес лица, связанный не только с исходом уголовного дела.

Думается, что понятие “разумный срок судопроизводства” отражает нематериальное благо, принадлежащее человеку от рождения, которое, будучи взятым под охрану позитивным законом, предстает как личный неимущественный интерес, нарушение которого со стороны публичных субъектов уголовного процесса влечет юридические санкции.

Таким нематериальным благом выступает подразумеваемое под разумным сроком судопроизводства спокойствие и душевное равновесие лица, его чувство безопасности, исключающее длительность тревожного состояния как психотравмирующего фактора. Именно эти ценности, характеризующие моральное состояние человека, даны ему от рождения, т.е. имеют естественное происхождение. Поэтому Европейский суд по правам человека в своих решениях указывает на наступление морального вреда лицу (заявителю), отмечая его эмоциональные переживания и душевные страдания, чувство разочарования от действий публичных субъектов процесса, стресс .

См.: Постановление Европейского суда по правам человека от 21.07.2005 по делу “Яворивская против России (Yavorivskaya v. Russia)” (жалоба N 34687/02) // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2006. N 2. С. 39, 63 – 68; Постановление Европейского суда по правам человека от 23.03.2010 по делу “Ойал против Турции (Oyal v. Turkey)” (жалоба N 4864/05). URL: http://europeancourt.ru/ resheniya-evropejskogo-suda- na-russkom-yazyke; Постановление Европейского суда по правам человека от 05.10.2006 по делу “Волович против России (Volovich v. Russia)” (жалоба N 10374/02) // Бюллетень Европейского суда по правам человека (российское издание). 2007. N 8. С. 47 – 52.

Потому же в правовом “измерении” разумный срок – средство, избавляющее лицо от неоправданных нравственных страданий в связи неопределенностью и тревогой по поводу хода производства по уголовному делу, а также и его исхода . Таким образом, благо, лежащее в основе понятия “разумный срок”, предстает в виде неимущественного интереса лица в установлении предела состоянию неопределенности и беспокойства в связи с превышением разумных сроков судопроизводства. Соответственно и нарушение этого блага происходит в виде нарушения субъективного права лица на разумный срок судопроизводства. Но наступление такого рода беспокойства во всех случаях исключать нельзя. Другое дело – оправдано оно или нет.

Так, Европейский суд по правам человека нередко акцентирует внимание и на значимости предмета правового спора для заявителя, и на состоянии его здоровья. См., например: Постановление Европейского суда по правам человека от 07.04.2005 по делу “Рохлина против России (Rokhlina v. Russia)” (жалоба N 54071/00) // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2006. N 6. С. 53 – 68.

Так, относительно длительности содержания под стражей в конкретном деле Европейский суд по правам человека указывает, что оно может быть “обосновано только наличием ссылок на действительно существующие требования общественного интереса, который, несмотря на презумпцию невиновности, имеет больший вес, чем правило об уважении свободы личности” .

Словом, видна неоднозначность и “многослойность” правового понятия “разумный срок судопроизводства”. Оно подразумевает и длительность производства по уголовному делу (временная, количественная составляющая), и эффективность действий, осуществляемых публичными субъектами уголовного процесса (качественная составляющая), и соразмерность этих составляющих друг другу и в то же время каждой из них указанному виду нематериального блага. В конечном итоге “разумный срок судопроизводства” и предстает как оценочное понятие состояния справедливого равновесия между конкурирующими интересами лица – стороны уголовного дела и интересами государства в выполнении своей правоохранительной функции.

Разумный срок уголовного судопроизводства – правовое оформление неимущественного интереса лица (стороны уголовного дела) в установлении предела его состоянию неопределенности и беспокойства в связи с производством по уголовному делу, требующего соразмерной ему по времени и эффективности деятельности со стороны субъектов, ведущих уголовный процесс, исходя из особенностей личности обладателя этого интереса (состояния здоровья и иных жизненных ситуаций), а также публичного интереса, вызывающего саму необходимость производства по уголовному делу.

Более того, Европейский суд по правам человека в ряде случаев, правда, не всегда касающихся Российской Федерации, признавал разумными такие сроки, которые явно превосходили процессуальные сроки, устанавливаемые законом. Так, по делу “Петухов против Украины” Европейский суд по правам человека признал нарушение разумности срока содержания В.С. Петухова под стражей, но не расценил общую продолжительность производства по уголовному делу в 3 года и 11 месяцев как нарушение права на разумные сроки уголовного судопроизводства. При этом суд указал, что дело заявителя было сложным, а каких-либо значительных периодов бездействия со стороны органов государственной власти не установлено .

Статья 6.1. Разумный срок уголовного судопроизводства

1. Уголовное судопроизводство осуществляется в разумный срок.

2. Уголовное судопроизводство осуществляется в сроки, установленные настоящим Кодексом. Продление этих сроков допустимо в случаях и в порядке, которые предусмотрены настоящим Кодексом, но уголовное преследование, назначение наказания и прекращение уголовного преследования должны осуществляться в разумный срок.

3. При определении разумного срока уголовного судопроизводства, который включает в себя период с момента начала осуществления уголовного преследования до момента прекращения уголовного преследования или вынесения обвинительного приговора, учитываются такие обстоятельства, как правовая и фактическая сложность уголовного дела, поведение участников уголовного судопроизводства, достаточность и эффективность действий суда, прокурора, руководителя следственного органа, следователя, органа дознания, начальника органа дознания, начальника подразделения дознания, дознавателя, производимых в целях своевременного осуществления уголовного преследования или рассмотрения уголовного дела, и общая продолжительность уголовного судопроизводства.

3.1. При определении разумного срока досудебного производства, который включает в себя период со дня подачи заявления, сообщения о преступлении до дня принятия решения о приостановлении предварительного расследования по уголовному делу по основанию, предусмотренному пунктом 1 части первой статьи 208 настоящего Кодекса, учитываются такие обстоятельства, как правовая и фактическая сложность уголовного дела, поведение потерпевшего и иных участников досудебного производства по уголовному делу, достаточность и эффективность действий прокурора, руководителя следственного органа, следователя, органа дознания, начальника органа дознания, начальника подразделения дознания, дознавателя, производимых в целях своевременного возбуждения уголовного дела, установления лица, подлежащего привлечению в качестве подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления, а также общая продолжительность досудебного производства по уголовному делу.

3.2. При определении разумного срока применения меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия, в ходе уголовного судопроизводства учитываются обстоятельства, указанные в части третьей настоящей статьи, а также общая продолжительность применения меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество в ходе уголовного судопроизводства.

3.3. При определении разумного срока досудебного производства, который включает в себя период со дня подачи заявления, сообщения о преступлении до дня принятия решения об отказе в возбуждении уголовного дела либо о прекращении уголовного дела по основанию, предусмотренному пунктом 3 части первой статьи 24 настоящего Кодекса, учитываются такие обстоятельства, как своевременность обращения лица, которому деянием, запрещенным уголовным законом, причинен вред, с заявлением о преступлении, правовая и фактическая сложность материалов проверки сообщения о преступлении или материалов уголовного дела, поведение потерпевшего, лица, которому деянием, запрещенным уголовным законом, причинен вред, иных участников досудебного производства по уголовному делу, достаточность и эффективность действий прокурора, руководителя следственного органа, следователя, органа дознания, начальника органа дознания, начальника подразделения дознания, дознавателя, производимых в целях своевременного возбуждения уголовного дела, установления лица, подлежащего привлечению в качестве подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, а также общая продолжительность досудебного производства по уголовному делу.

4. Обстоятельства, связанные с организацией работы органов дознания, следствия, прокуратуры и суда, а также рассмотрение уголовного дела различными инстанциями не может приниматься во внимание в качестве оснований для превышения разумных сроков осуществления уголовного судопроизводства.

5. В случае если после поступления уголовного дела в суд дело длительное время не рассматривается и судебный процесс затягивается, заинтересованные лица вправе обратиться к председателю суда с заявлением об ускорении рассмотрения дела.

6. Заявление об ускорении рассмотрения уголовного дела рассматривается председателем суда в срок не позднее 5 суток со дня поступления этого заявления в суд. По результатам рассмотрения заявления председатель суда выносит мотивированное постановление, в котором может быть установлен срок проведения судебного заседания по делу и (или) могут быть приняты иные процессуальные действия для ускорения рассмотрения дела.

а) при наличии соответствующих оснований и условий за компенсацией нарушения своего права на уголовное судопроизводство в разумные сроки вправе обратиться подозреваемый, обвиняемый, подсудимый, осужденный, оправданный, потерпевший, гражданский истец и гражданский ответчик по уголовному делу;

Проблемы соблюдения разумных сроков судебного разбирательства в уголовном судопроизводстве

Основными факторами, влияющими на сроки рассмотрения уголовного дела судом на стадии судебного разбирательства, являются: сложность уголовных дел, поступивших в суд; объем материалов дела, которые должны быть рассмотрены судом; низкое качество расследования, проведенное органами дознания и предварительного следствия; длительность прохождения судебных извещений о времени и месте судебного заседания; ненадлежащее исполнение постановлений и определений судей о приводе лиц; систематическая неявка основных участников судебного разбирательства (свидетелей, подсудимого, потерпевшего, защитника, государственного обвинителя) на судебные заседания. Говорить о рассмотрении уголовных дел судом на стадии судебного разбирательства в «разумные» сроки можно будет только в том случае, когда указанные выше факторы будут сведены к минимуму.

В статье 14 международного пакта «О гражданских и политических правах» от 16.12.1966 года отмечено, что «каждый имеет право при рассмотрении любого предъявляемого ему уголовного обвинения как минимум на следующие гарантии на основе полного равенства быть судимым без неоправданной задержки».

В статье 6 Европейской конвенции «О защите прав человека и основных свобод» указано, что «каждый имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона».

Уголовное дело на стадии судебного разбирательства в уголовном судопроизводстве должно быть рассмотрено судом в «разумные» сроки, достаточными для полного, объективного и всестороннего исследования материалов дела и вынесения соответствующего приговора.

К сожалению, в российском уголовном судопроизводстве имеет место необоснованное затягивание сроков рассмотрения уголовного дела судом на стадии судебного разбирательства, связанное с различными факторами, что впоследствии может привести к нарушению прав участников уголовного судопроизводства.

В Постановлении Пленума Верховного суда РФ №52 от 27.12.2007г. названы основные причины, влияющие на затягивание сроков судебного разбирательства. В Постановлении, в частности, говорится, что «на сроки осуществления судопроизводства негативное влияние оказывают такие факторы, как длительность прохождения судебных извещений о времени и месте судебного заседания, ненадлежащее качество дознания и предварительного следствия по уголовным делам, трудности формирования коллегии присяжных заседателей, неявка в судебные заседания без уважительных причин адвокатов, назначенных в соответствии с частью 3 статьи 51 УПК РФ, а также ненадлежащий уровень исполнения постановлений и определений судей о приводе лиц по уголовным делам…»[1].

В Европейском суде по правам человека чаще всего рассматриваются дела по жалобам российских граждан, связанных с необоснованным затягиванием рассмотрения уголовных дел в судах общей юрисдикции в Российской Федерации. Так, Европейским судом по правам человека было рассмотрено дело Зементовой Т.Н. против Российской Федерации. Основанием подачи жалобы заявительницей в Европейский суд явилась чрезмерная длительность разбирательства уголовного дела судами общей юрисдикции, составившая шесть лет два месяца и одиннадцать дней (уголовного дело в отношении заявительницы рассматривалось в период с 29 декабря 1999 года по 9 марта 2006 года). Таким образом, было нарушены требования «разумности срока», предусмотренного п.1 ст.6 Европейской конвенции «О защите прав человека и основных свобод». Европейский суд отмечает, что данное дело представляло определенную сложность, поскольку оно касалось обвинений в получении взятки и злоупотреблении должностными полномочиями, совершенных группой лиц, в том числе и заявительницей. Тем не менее, по мнению Европейского суда, сама по себе сложность данного дела не является достаточным основанием длительного разбирательства[2].

Разумность продолжительности производства по делу, в соответствии с требованием Европейского суда, надлежит оценивать в свете конкретных обстоятельств дела с учетом критериев, изложенных в нормах прецедентного права. В частности надлежит учитывать сложность дела, действия заявителя и действия компетентных органов. Необходимо также принимать во внимание и то, что для заявителя является важным в деле[3].

При рассмотрении уголовного дела на стадии судебного разбирательства, судьям чаще всего приходится сталкиваться с такой проблемой, как систематическая неявка участников уголовного судопроизводства на судебные заседания, что впоследствии ведет к затягиванию судебного процесса.

Анализ судебной практики Калининского районного суда г. Тюмени показывает, что в среднем каждое 4 уголовное дело (из 100 изученных дел за 1 год) откладывалось по каким-либо обстоятельствам. Самыми распространенными обстоятельствами являются: неявка свидетелей (30%), неявка подсудимого (20%), неявка потерпевшего (16,75%), неявка защитника (8,5%) или государственного обвинителя (1,5%), вызов в суд эксперта или специалиста (4,25%), запрос каких-либо документов (4%), подготовка к прениям сторон (2,25%), и т.д.[4]

Неявка на судебное заседание одних участников создает неудобство другим участникам процесса, в частности это касается подсудимого, так как нередко суду приходится решать вопросы о продлении срока содержания его под стражей. В постановлении Пленума Верховного суда РФ от 05.03.2004г. №1 сказано, что «срок содержания под стражей, исчисляемый со дня поступления уголовного дела в суд и до вынесения приговора, не может превышать шесть месяцев. Если срок заключения под стражу в качестве меры пресечения, избранной подсудимому, который обвиняется в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, истекает, то суд вправе продлить его на основании части 3 статьи 255 УПК РФ. В определении (постановлении) должно содержаться обоснование необходимости дальнейшего содержания подсудимого под стражей и указан срок, на который он продлен»[5].

Если в отношении подсудимого разъяснение дал Верховный суд РФ, то с остальными участниками процесса не все столь ясно. Нарушение срока рассмотрения уголовного дела возникает вследствие «затягивания» судебного процесса в основном из-за неявки свидетелей[6].

Читайте также:  Можно ли выписать ребенка без согласия родителя

Частое отложение рассмотрения уголовного дела приводит к тому, что потерпевшему, например, приходится постоянно срываться с работы, тратить денежные средства на поездки в суд. Сложнее всего, когда потерпевший живет в другом городе, расположенном на значительном расстоянии от места проведения судебного заседания. Зачастую защитник идет на умышленное затягивание судебного процесса путем заявления дополнительных ходатайств о проведении каких-либо повторных экспертиз, даже в том случае, если отсутствуют противоречия между заключениями экспертов[7]. Это влечет отложение судебного разбирательства на более поздний срок. Иногда, данные действия защитника нередко направлены на то, чтобы подсудимый смог избежать наказания в связи с истечением срока давности совершенного преступления.

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ «О сроках рассмотрения судами РФ уголовных, гражданских дел и дел об административных правонарушениях» отмечено следующее: «Несоблюдение сроков рассмотрения уголовных, гражданских дел и дел об административных правонарушениях существенно нарушает конституционное право граждан на судебную защиту, гарантированное статьей 46 Конституции Российской Федерации». Этим же Постановлением Пленума Верховного Суда РФ предусмотрено, что, судам общей юрисдикции следует принять необходимые меры по устранению ошибок и упущений в применении законодательства о процессуальных сроках рассмотрения уголовных дел, влекущих увеличение сроков судебного разбирательства дел; за грубое или систематическое нарушение судьей процессуального закона, повлекшее неоправданное нарушение сроков разрешения дела и существенно ущемляющее права и законные интересы участников судебного процесса, с учетом конкретных обстоятельств может быть наложено дисциплинарное взыскание вплоть до прекращения полномочий судьи[8].

Но зачастую виновниками затягивания судебного процесса являются не только судьи, но и сами участники судебного разбирательства, включая и защитника, и государственного обвинителя.

В 2006 году судьей при рассмотрении уголовного дела по обвинению подсудимого С. по ч.3 ст.158 УК РФ было вынесено частное постановление, в котором было указано, что: «государственный обвинитель, будучи не готов к прениям сторон, затягивая рассмотрение дела, заявил ходатайство о предоставлении времени для подготовки к судебным прениям, хотя доказательства, которые могли бы существенно повлиять на обвинение подсудимому, исследованы не были, кроме того, государственным обвинителем необоснованно было заявлено ходатайство о запросе приговора в отношении подсудимого С. от 1998г, когда данный приговор уже находился в материалах дела»[9].

Л.М. Володина справедливо пишет, что «проблема затягивания судебного процесса – прежде всего следствие несовершенства законодательной регламентации, отсутствия установленных законом гарантий, обеспечивающих выполнение одного из важнейших положений ст.6 (§1) Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод – требования «разбирательства дела в разумный срок». Закон, установив определенные сроки, должен закрепить и гарантии их соблюдения. Уголовно-процессуальная форма призвана обеспечить четкий порядок производства по делу, несоблюдение процедуры означает, что в ее механизме есть недоброкачественные элементы, препятствующие эффективному решению поставленных задач»[10].

Как одним из действенных методов соблюдения срока судебного заседания, а также предупреждения и пресечения систематической неявки на судебный процесс, могло бы стать установление ответственности участникам судопроизводства за систематическое затягивание сроков судебного разбирательства. Опрос судей Тюменского областного суда показал, что около 70% респондентов согласны с применением санкций участникам судебного разбирательства за умышленное затягивание судебного процесса.

Согласно ст. 117 УПК РФ в случаях неисполнения участниками уголовного судопроизводства процессуальных обязанностей, предусмотренных УПК, а также нарушения ими порядка в судебном заседании на них может быть возложено денежное взыскание в размере до двух тысяч пятисот рублей в порядке, установленном статьей 118 УПК РФ.

И.Л. Петрухин, комментируя ст.117 УПК РФ, поясняет, что денежные взыскания могут быть наложены при неисполнении не всех процессуальных обязанностей, а только тех, которые прямо указаны как таковые в УПК РФ. В частности, денежные взыскания могут быть наложены на свидетеля и потерпевшего, не явившихся без уважительных причин по вызовам дознавателя, следователя, прокурора или суда[11].

К тому же в ч.2 ст.111 УПК РФ указано, что в случаях, предусмотренных кодексом, дознаватель, следователь или суд вправе применить к потерпевшему, свидетелю, гражданскому истцу, гражданскому ответчику, эксперту, специалисту, переводчику и (или) понятому следующие меры процессуального принуждения: 1) обязательство о явке; 2) привод; 3) денежное взыскание. Следовательно, указанные меры могут быть применены к участникам уголовного судопроизводства за систематическую неявку на судебные заседания.

Таким образом, основными факторами, влияющими на сроки рассмотрения уголовного дела судом на стадии судебного разбирательства, являются: сложность уголовных дел, поступивших в суд; объем материалов дела, которые должны быть рассмотрены судом; низкое качество расследования, проведенное органами дознания и предварительного следствия; длительность прохождения судебных извещений о времени и месте судебного заседания; ненадлежащее исполнение постановлений и определений судей о приводе лиц; систематическая неявка основных участников судебного разбирательства (свидетелей, подсудимого, потерпевшего, защитника, государственного обвинителя) на судебные заседания.

Говорить о рассмотрении уголовных дел судом на стадии судебного разбирательства в «разумные» сроки можно будет только в том случае, когда указанные выше факторы будут сведены к минимуму.

Литература

  1. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2007 № 52 «О сроках рассмотрения судами Российской Федерации уголовных, гражданских дел и дел об административных правонарушениях» // «Российская газета», № 4, 12.01.2008.
  2. Постановление Европейского суда по правам человека от 27.09.2007 «Дело «Зементова (Zementova) против Российской Федерации» // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2008. №7. С. 102 – 111.
  3. Постановление Европейского суда по правам человека от 15.07.2002 «Калашников против Российской Федерации» // Европейский суд по правам человека. Первые решения по жалобам из России (сборник документов).- М., 2004. С. 88 – 115.
  4. По изученным материалам уголовных дел Калининского районного суда за 2004-2007гг.
  5. Постановление пленума Верховного Суда РФ от 05.03.2004 №1 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации». / Бюллетень Верховного Суда РФ, №5, 2004.
  6. В 2005 году судье Тюменского районного суда по уголовному делу по обвинению подсудимых П. и К.. в двойном убийстве и умышленном уничтожении имущества приходилось 14 раз откладывать рассмотрение дела только из-за неявки свидетелей обвинения (всего же данное уголовное дело откладывалось 19 раз). // Уголовное дело №1-104/05. Архив Тюменского районного суда за 2005г.
  7. В 2008 году при рассмотрении в Калининском районном суде г. Тюмени уголовного дела по ч.4 ст.159 УК РФ защитник заявил ходатайство о повторном проведении почерковедческой экспертизы. Суд указанное ходатайство отклонил, так как аналогичная экспертиза уже было проведена ранее, а проведение повторной экспертизы может привести к затягиванию процесса. // Уголовное дело №1-351-08. Архив Калининского районного суда г. Тюмени за 2008 год.
  8. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2007 № 52 «О сроках рассмотрения судами Российской Федерации уголовных, гражданских дел и дел об административных правонарушениях» // «Российская газета», № 4, 12.01.2008.
  9. Уголовное дело №1-282-06 // Архив Калининского районного суда г. Тюмени за 2006г.
  10. Володина Л.М. Проблемы уголовного процесса: закон, теория, практика. Монография / Л.М. Володина. – Москва: Издательская группа «Юрист». 2006. С.273.
  11. Комментарий к уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) (6-е издание, переработанное и дополненное) / отв. ред. И. Л. Петрухин. ТК Велби, издательство «Проспект», 2008.

Опубликовано: Актуальные проблемы уголовного процесса и криминалистики России и стран СНГ: Материалы Международной научно-практической конференции. Челябинск: Изд-во ЮУрГУ, 2009.

Частое отложение рассмотрения уголовного дела приводит к тому, что потерпевшему, например, приходится постоянно срываться с работы, тратить денежные средства на поездки в суд. Сложнее всего, когда потерпевший живет в другом городе, расположенном на значительном расстоянии от места проведения судебного заседания. Зачастую защитник идет на умышленное затягивание судебного процесса путем заявления дополнительных ходатайств о проведении каких-либо повторных экспертиз, даже в том случае, если отсутствуют противоречия между заключениями экспертов[7]. Это влечет отложение судебного разбирательства на более поздний срок. Иногда, данные действия защитника нередко направлены на то, чтобы подсудимый смог избежать наказания в связи с истечением срока давности совершенного преступления.

§ 12. Разумный срок уголовного судопроизводства

Принцип разумного срока уголовного судопроизводства – это межотраслевой принцип судопроизводства, закрепленный в ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также в ст. 6.1 УПК РФ. Данный принцип решает вопрос об определенности сроков производства по уголовному делу.

Суть принципа заключается в том, что сроки производства по уголовному делу не могут быть неопределенными и произвольными. В противном случае под угрозой окажется как право обвиняемого на судебную защиту (ст. 46 Конституции РФ), так и право потерпевшего на доступ к правосудию (ст. 52 Конституции РФ).

Представление о “разумном сроке” в целом сформировано практикой Европейского суда по правам человека в его решениях по конкретным делам. Критерии, которыми обычно руководствуется Суд при оценке продолжительности производства по делу, перечислены в ч. ч. 3, 4 ст. 6.1 УПК РФ.

Однако адресовать имеющие общий характер выводы Европейского суда относительно соблюдения разумного срока судопроизводства напрямую правоприменителю значит нарушать положения Конвенции об определенности правовых норм. Вот почему законодатель применяет комплексное правовое регулирование в целях обеспечения разумных сроков судопроизводства, в частности:

– для досудебного производства, а также назначения судебного заседания в судах различных инстанций устанавливаются четкие сроки, определяется порядок их продления и средства контроля над законностью и обоснованностью такого продления ;

Подробнее об этих сроках см. соответствующие главы настоящего курса.

– для судебного заседания конкретных сроков не устанавливается, однако для участников процесса предусматривается возможность обращения с заявлением об ускорении рассмотрения дела (ч. ч. 5, 6 ст. 6.1 УПК РФ);

– при нарушении права на рассмотрение дела в разумный срок устанавливается возможность получения компенсации в порядке, установленном Федеральным законом от 30 апреля 2010 г. и КАС РФ.

См.: Федеральный закон от 30 апреля 2010 г. N 68-ФЗ “О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок” // СЗ РФ. 2010. N 18. Ст. 2144. Также см.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 декабря 2010 г. N 30/64 “О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок” // Российская газета. 2011. 14 января.

Как видно, в российском законодательстве нет предельных сроков производства по уголовному делу. Поэтому следует еще раз обратить внимание, что разумность срока оценивается исходя из обстоятельств конкретного дела с учетом критериев, сформулированных Европейским судом .

Для понимания подходов Европейского суда можно изучить, в частности, решение от 15 июля 1982 г. по делу “Экле (Eckle) против ФРГ” (Европейский суд по правам человека: Избранные решения: В 2 т. М., 2000. Т. 1. С. 385 – 394).

Исторической альтернативой данному принципу является отсутствие четких правил о сроках в уголовном судопроизводстве, что приводило к волоките при разбирательстве дел . В то же время чрезмерная формализация сроков уголовного процесса, особенно в его судебных стадиях, также недопустима, так как суд “торопить” нельзя. Иначе говоря, если суду требуется определенное время для качественного отправления правосудия, то он не должен снижать стандарты правосудия, исходя из необходимости завершить производство по делу в определенный срок. Поэтому не остается иного выхода, кроме как использовать на уровне принципа оценочную категорию “разумного срока”, определяемого применительно к обстоятельствам конкретного дела. Это единственно возможный вариант, получивший развитие в практике Европейского суда по правам человека и ныне нашедший отражение в уголовно-процессуальном законодательстве Российской Федерации.

По свидетельству А.Ф. Кони, волокита в старом (до реформы 1864 г.) суде была обычным явлением, иногда достигая “поразительных размеров”. Так, дело о краже из московского уездного казначейства медной монеты на 115 тыс. руб. возникло в 1844 г., а окончено было лишь 21 год спустя, в 1865 г. (Кони А.Ф. История развития уголовно-процессуального законодательства в России // Собр. соч.: В 8 т. Т. 4. С. 323).

Для понимания подходов Европейского суда можно изучить, в частности, решение от 15 июля 1982 г. по делу “Экле (Eckle) против ФРГ” (Европейский суд по правам человека: Избранные решения: В 2 т. М., 2000. Т. 1. С. 385 – 394).

Разумный срок уголовного судопроизводства как правовое понятие

Аширбекова Мадина Таукеновна, профессор юридического факультета Волгоградского филиала Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ, доктор юридических наук, доцент.

Некенова Светлана Бадняевна, преподаватель факультета управления и права Калмыцкого государственного университета.

В статье отмечается актуальность определения правового понятия “разумный срок уголовного судопроизводства”. Рассматриваются положения, составляющие сущность этого понятия, а также утверждается, что понятие “разумный срок” отражает справедливое соотношение частных и публичных интересов в уголовном процессе.

Ключевые слова: разумный срок, эффективность производства, нематериальное благо, интерес.

A reasonable time in criminal proceedings as a legal concept

M.T. Ashirbekova, S.B. Nekenova

The article notes the relevance of definition of the legal notion of “reasonable time in criminal proceedings”. The provisions which constitute the essence of this concept are considered, and also is claimed that the term “reasonable time” reflects the fair ratio of private and public interests in criminal proceedings.

Key words: a reasonable time, production efficiency, non-material value, interest.

Правовое понятие “Разумный срок судопроизводства”, возникнув в сфере естественного права, вошло в российское уголовно-процессуальное законодательство, образно говоря, на “крыльях” пилотного Постановления Европейского суда по правам человека “Бурдов против России” (N 2) .

Постановление Европейского суда по правам человека от 15.01.2009 по делу “Бурдов против Российской Федерации (Burdov v. Russia)” (N 2) (жалоба N 33509/04). По делу обжалуется длительное уклонение властей от исполнения вступивших в силу решений, вынесенных в пользу заявителя. По делу допущены нарушения статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьи 1 Протокола N 1 // Российская хроника Европейского суда. Приложение к Бюллетеню Европейского суда по правам человека. Специальный выпуск. 2009. N 4. С. 79 – 106.

Получив законодательное оформление в нормах ст. 6.1, ч. 2 ст. 123, ч. 2.1 ст. 124, ч. 1 ст. 144, ч. 3 ст. 389.2 УПК РФ, разумный срок уголовного судопроизводства стал регулироваться в рамках действия позитивного уголовно-процессуального закона. В связи с этим можно отметить сближение позиций позитивистского и естественно-правового направлений правовой мысли при конструировании новой, хотя и локальной, модели уголовно-процессуальных отношений по поводу сроков производства, субъективных прав частных лиц, участвующих в уголовном процессе, на разумный срок и обязанностей субъектов, ведущих уголовный процесс, обеспечивать эти права. В данном случае уместны слова теоретиков права о том, что “юридический позитивизм становится “более утонченным” и движется к позициям, близким к теории естественного права, а теория естественного права, в свою очередь, развивается в направлении юридического позитивизма” .

См.: Мартышин О.В. Совместимы ли основные типы понимания права? // Государство и право. 2003. N 6. С. 18; Туманова А.С., Киселев Р.В. Права человека в правовой мысли и законотворчестве Российской империи второй половины XIX – начала XX века. М., 2011. С. 69.

Однако именно это обстоятельство и создает, на наш взгляд, сложности для определения правового понятия “разумный срок судопроизводства”. Между тем уточнение сущности разумных сроков судопроизводства, уяснение ценностей, заложенных в основу общеевропейского подхода к определению разумности срока судебного разбирательства, является одним из актуальных направлений правовых исследований .

См.: Стандарты справедливого правосудия (международные и национальные практики) / Под ред. Т.Г. Морщаковой. М., 2012. С. 137; Образцов А.В. От разумных сроков в уголовном процессе к принципу разумности // Российский следователь. 2011. N 6. С. 33.

Безусловно, в юридической науке, в том числе и в науке уголовно-процессуального права, предприняты попытки определить разумный срок как правовое понятие. При этом большинство исследователей подходят к этому понятию, во-первых, “от обратного”, т.е. посредством освещения предусмотренных законом критериев превышения разумных сроков, а потому дающих представление о неразумных сроках; во-вторых, путем соотнесения “разумного срока” с уже установленными законом процессуальными сроками .

См., например: Шадрина Е.Г. “Разумный срок” уголовного преследования: понятие и критерии определения // Юридическая мысль. 2010. N 6. С. 101; Поляков И.Н. Разумные сроки судопроизводства: понятие и значение // Российская юстиция. 2011. N 4. С. 34; Волынец К.В. Некоторые проблемы в правовом регулировании принципа “Разумный срок уголовного судопроизводства” // Вестник Удмуртского университета. Серия: Экономика и право. 2013. N 1. С. 183 – 184.

Отдельные же авторы вполне обоснованно рассматривают правовое понятие “разумный срок судопроизводства” в единстве времени и деятельности субъектов уголовного процесса, осуществляемой в эти сроки. Так, В.М. Полухин характеризует проявления разумного срока в праве с точки зрения осуществляемых в их ходе действий, оцениваемых в сравнении с некоторыми эталонными действиями среднего человека, когда невозможно установить абсолютные сроки, предвидеть конкретные препятствия для соблюдения процессуального срока. При этом подчеркивает, что “понятие разумного срока в уголовном судопроизводстве раскрывается через указание обстоятельств, которые следует учитывать при оценке отклонения от процессуального срока по уголовному делу” .

См.: Полухин В.М. Реализация разумного срока в уголовном процессе как правовая проблема укрепления российской государственности // Наука и образование: хозяйство и экономика; предпринимательство; право и управление. 2012. N 4. С. 58 – 62.

И.С. Дикарев и П.С. Гордеев полагают, что разумный срок – срок, продолжительность которого является оптимальной (достаточной и необходимой), для того чтобы принятие процессуального решения, выполнение процессуального действия, завершение отдельной стадии уголовного процесса или производства по уголовному делу в целом обеспечивали реализацию назначения уголовного судопроизводства .

См.: Дикарев И.С., Гордеев П.С. Разумность процессуальных сроков – принцип уголовного судопроизводства // Вестник Волгоградского государственного университета. Сер. 5: Юриспруденция. 2012. N 1 (16). С. 115 – 117.

Тем не менее приведенные суждения мало отличают понятие “разумный срок” от формально определенных процессуальных сроков, которые, надо думать, не устанавливаются законодателем абсолютно произвольно, без учета практического опыта и, следовательно, не вредят достижению назначения уголовного процесса.

Понятно, что категория “разумный срок судопроизводства” отражает явление, которое больше чем просто какой-либо период времени. Во всяком случае, Европейский суд по правам человека не отождествляет разумность сроков судопроизводства с их краткостью .

См.: Афанасьев С.Ф. Право на справедливое судебное разбирательство: теоретико-практическое исследование влияния Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод на российское гражданское судопроизводство: Автореф. дис. . докт. юрид. наук. Саратов, 2010. С. 42.

Более того, Европейский суд по правам человека в ряде случаев, правда, не всегда касающихся Российской Федерации, признавал разумными такие сроки, которые явно превосходили процессуальные сроки, устанавливаемые законом. Так, по делу “Петухов против Украины” Европейский суд по правам человека признал нарушение разумности срока содержания В.С. Петухова под стражей, но не расценил общую продолжительность производства по уголовному делу в 3 года и 11 месяцев как нарушение права на разумные сроки уголовного судопроизводства. При этом суд указал, что дело заявителя было сложным, а каких-либо значительных периодов бездействия со стороны органов государственной власти не установлено .

См.: Постановление Европейского суда по правам человека от 21.10.2010 по делу “Петухов против Украины (Petukhov v. Ukraine)” (жалоба N 43374/02) // Стратегическая судебная защита. URL: hr-lawyers. По делу “Неймайстер против Австрии (Neumeister v. Avstri)” (жалоба N 1936/63) ЕСПЧ установил, что производство по делу длилось более семи лет с момента предъявления заявителю обвинения. Тем не менее, учитывая сложность дела, а также то, что оперативность действий национальных властей не может иметь место в ущерб установлению обстоятельств обвинения, не признал нарушения права заявителя на разумный срок судопроизводства. См.: Постановление Европейского суда по правам человека от 27.06.1968 по делу “Неймайстер против Австрии (Neumeister v. Avstria)” (жалоба N 1936/63). URL: http://europeancourt.ru/tag/ razumnyj-srok.

В этом и в других решениях Европейского суда по правам человека количественная (темпоральная) характеристика производства по уголовному делу, как правило, тесно увязывается с оценкой эффективности действий публичных субъектов, ведущих уголовный процесс. При этом ЕСПЧ подчеркивал, что последние обязаны “проявлять усердие” в ходе своей деятельности по уголовному делу и не допускать ограничения прав и законных интересов лиц, вовлекаемых в уголовный процесс в качестве сторон . В целом же в основе оценки сроков производства по делу как разумных Европейский суд по правам человека исходит из требования соразмерности между общей продолжительностью уголовного судопроизводства и качеством производства по уголовному делу и, соответственно, его результатом.

См.: Постановление Европейского суда по правам человека от 08.02.2005 по делу “Панченко против Российской Федерации (Panchenko v. Russia)” (жалоба N 45100/98) // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2005. N 9. С. 43 – 66; Постановление Европейского суда по правам человека от 02.11.2006 по делу “Комарова против Российской Федерации (Komarova v. Russia)” (жалоба N 19126/02) // Бюллетень Европейского суда по правам человека (российское издание). 2007. N 7. С. 79, 90 – 96; и др.

В таком случае при определении понятия “разумный срок судопроизводства” необходимо соотносить разные плоскости реальности – времени и деятельности человека. Но ради чего?

Очевидно, под правовым понятием “разумный срок судопроизводства”, кроме его видимой темпоральной характеристики и выявляемой эффективности действий публичных субъектов, ведущих уголовный процесс, подразумевается более мощный заряд – некое благо, обусловливающее интерес лица, связанный не только с исходом уголовного дела.

Думается, что понятие “разумный срок судопроизводства” отражает нематериальное благо, принадлежащее человеку от рождения, которое, будучи взятым под охрану позитивным законом, предстает как личный неимущественный интерес, нарушение которого со стороны публичных субъектов уголовного процесса влечет юридические санкции.

Таким нематериальным благом выступает подразумеваемое под разумным сроком судопроизводства спокойствие и душевное равновесие лица, его чувство безопасности, исключающее длительность тревожного состояния как психотравмирующего фактора. Именно эти ценности, характеризующие моральное состояние человека, даны ему от рождения, т.е. имеют естественное происхождение. Поэтому Европейский суд по правам человека в своих решениях указывает на наступление морального вреда лицу (заявителю), отмечая его эмоциональные переживания и душевные страдания, чувство разочарования от действий публичных субъектов процесса, стресс .

См.: Постановление Европейского суда по правам человека от 21.07.2005 по делу “Яворивская против России (Yavorivskaya v. Russia)” (жалоба N 34687/02) // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2006. N 2. С. 39, 63 – 68; Постановление Европейского суда по правам человека от 23.03.2010 по делу “Ойал против Турции (Oyal v. Turkey)” (жалоба N 4864/05). URL: http://europeancourt.ru/ resheniya-evropejskogo-suda- na-russkom-yazyke; Постановление Европейского суда по правам человека от 05.10.2006 по делу “Волович против России (Volovich v. Russia)” (жалоба N 10374/02) // Бюллетень Европейского суда по правам человека (российское издание). 2007. N 8. С. 47 – 52.

Читайте также:  Встречное исковое заявление в порядке регресса

Потому же в правовом “измерении” разумный срок – средство, избавляющее лицо от неоправданных нравственных страданий в связи неопределенностью и тревогой по поводу хода производства по уголовному делу, а также и его исхода . Таким образом, благо, лежащее в основе понятия “разумный срок”, предстает в виде неимущественного интереса лица в установлении предела состоянию неопределенности и беспокойства в связи с превышением разумных сроков судопроизводства. Соответственно и нарушение этого блага происходит в виде нарушения субъективного права лица на разумный срок судопроизводства. Но наступление такого рода беспокойства во всех случаях исключать нельзя. Другое дело – оправдано оно или нет.

Так, Европейский суд по правам человека нередко акцентирует внимание и на значимости предмета правового спора для заявителя, и на состоянии его здоровья. См., например: Постановление Европейского суда по правам человека от 07.04.2005 по делу “Рохлина против России (Rokhlina v. Russia)” (жалоба N 54071/00) // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2006. N 6. С. 53 – 68.

Так, относительно длительности содержания под стражей в конкретном деле Европейский суд по правам человека указывает, что оно может быть “обосновано только наличием ссылок на действительно существующие требования общественного интереса, который, несмотря на презумпцию невиновности, имеет больший вес, чем правило об уважении свободы личности” .

Словом, видна неоднозначность и “многослойность” правового понятия “разумный срок судопроизводства”. Оно подразумевает и длительность производства по уголовному делу (временная, количественная составляющая), и эффективность действий, осуществляемых публичными субъектами уголовного процесса (качественная составляющая), и соразмерность этих составляющих друг другу и в то же время каждой из них указанному виду нематериального блага. В конечном итоге “разумный срок судопроизводства” и предстает как оценочное понятие состояния справедливого равновесия между конкурирующими интересами лица – стороны уголовного дела и интересами государства в выполнении своей правоохранительной функции.

Разумный срок уголовного судопроизводства – правовое оформление неимущественного интереса лица (стороны уголовного дела) в установлении предела его состоянию неопределенности и беспокойства в связи с производством по уголовному делу, требующего соразмерной ему по времени и эффективности деятельности со стороны субъектов, ведущих уголовный процесс, исходя из особенностей личности обладателя этого интереса (состояния здоровья и иных жизненных ситуаций), а также публичного интереса, вызывающего саму необходимость производства по уголовному делу.

Таким нематериальным благом выступает подразумеваемое под разумным сроком судопроизводства спокойствие и душевное равновесие лица, его чувство безопасности, исключающее длительность тревожного состояния как психотравмирующего фактора. Именно эти ценности, характеризующие моральное состояние человека, даны ему от рождения, т.е. имеют естественное происхождение. Поэтому Европейский суд по правам человека в своих решениях указывает на наступление морального вреда лицу (заявителю), отмечая его эмоциональные переживания и душевные страдания, чувство разочарования от действий публичных субъектов процесса, стресс .

2. Разумный срок судебного разбирательства в практике Европейского суда

2. Разумный срок судебного разбирательства в практике Европейского суда

Соотношение процессуальных сроков по российскому законодательству и требования разумного срока по Конвенции

Введение в российское право понятия «разумный срок» как критерия обеспечения права на справедливое судебное разбирательство в рамках национальной правовой системы, т.е. в рамках domestic remedy (внутригосударственного средства правовой защиты по смыслу статьи 35 Конвенции), обусловливает необходимость пересмотра сложившихся российских подходов к значению сроков судебного разбирательства для обеспечения права на судебную защиту по смыслу статьи 46 Конституции РФ и статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также для достижении целей гражданского судопроизводства. Исходя из этого необходимо не только уточнить сущность и критерии разумных сроков, усвоить ценности, заложенные в основу общеевропейского подхода к определению разумности срока судебного разбирательства, но и выяснить, как данное понятие соотносится с установленными российским законодательством сроками рассмотрения дел.

Российское гражданское процессуальное и арбитражное процессуальное законодательство представляет собой редкий в иностранной практике пример регулирования гражданского судопроизводства, при котором сроки рассмотрения гражданских дел установлены в самом законе[112]. В большинстве стран законом могут устанавливаться сроки совершения сторонами и судом отдельных процессуальных действий, но не срок рассмотрения дела в целом[113].

Статья 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, закрепляя право на рассмотрение дела в разумный срок, также не определяет даже примерных временных границ этого срока: соблюдение требования разумности применительно к сроку разбирательства оценивается Европейским судом индивидуально в каждом конкретном деле на основе совокупности критериев, выработанных в практике Суда. При этом зачастую сроки, соответствующие с точки зрения ЕСПЧ критерию разумности, весьма значительно превышают сроки, установленные российским законодательством для рассмотрения отдельных категорий дел[114]. Поэтому представляется, что нет оснований отождествлять эти виды сроков[115].

Цель данной книги — определение степени имплементации европейских стандартов в различные сферы российской правовой жизни — предполагает анализ соответствия сложившихся в практике Европейского суда подходов к реализации тех или иных статей Конвенции практике регулирования соответствующих правоотношений в российской правовой системе. Однако, как уже отмечалось, есть и другая цель, которая, по нашему мнению, заключается в определении того, являются ли выявленные различия неотъемлемой особенностью национальной правовой системы, связанной с глубинными причинами исторического, культурного, социального характера, преодоление которых не только затруднительно, но и нецелесообразно, или же эти «национальные особенности» не соответствуют потребностям современных правовых систем и социальным запросам к отправлению правосудия. Поэтому мы задались вопросом о генезисе современной концепции сроков судебного разбирательства в европейском и российском правовом поле и о причинах (или препятствиях) для сохранения современных российских подходов.

Чтобы понять, почему не совпадают подходы к срокам рассмотрения дел в российском праве и праве европейских государств, целесообразно проанализировать эволюцию этих подходов в разных правовых системах. Однако необходимо иметь в виду, что у данной задачи есть два уровня решения. Один уровень — это собственно анализ существующих подходов к определению понятия разумного срока судебного разбирательства в практике Европейского суда и случаев отступления от этих подходов в российских делах, а также анализ причин нарушения разумных сроков в данных делах, выявленных Судом. Второй уровень решения, гораздо более важный и сложный, — это анализ самого подхода к регулированию сроков судебного разбирательства, сложившихся в российском праве, в сравнении с подходами, принятыми в большинстве европейских стран.

Практика ЕСПЧ по вопросу о сроках судебного разбирательства

Нарушения разумного срока судебного разбирательства — по смыслу статьи 6 Конвенции — не являются распространенным основанием в российских жалобах. Число постановлений, в которых констатируется нарушение разумного срока судебного разбирательства в российских делах, в последние годы колеблется от 13 в 2007 году (во всех случаях речь идет о производстве в судах общей юрисдикции[116]) до 23 в 2010 году (причем эти дела охватывают случаи нарушения разумного срока как в гражданском, так и в уголовном судопроизводстве[117]). Таким образом, проблема чрезмерно длительных сроков судебного разбирательства в России все-таки существует, но в отличие от неисполнения судебных решений или от пересмотра судебных актов в гражданском процессе не носит системного характера.

В тех касающихся России постановлениях, где Европейский суд рассматривал вопросы, связанные с нарушением разумных сроков судебного разбирательства, он опирался на выработанные при рассмотрении прецедентных дел критерии определения разумности данного срока (постановление Большой палаты ЕСПЧ по делу «Frydlender v. France» от 27 июня 2000 года, постановление по делу «Comingersoll S.A. v. Portugal» от 6 апреля 2000 года и др.).

Эта практика Суда достаточно подробно изучена как в российской литературе[118], так и в зарубежных исследованиях[119]. К последним, в частности, относятся весьма детальные аналитические обзоры, подготовленные такими органами Совета Европы, как Венецианская комиссия[120] и Европейская комиссия по эффективности правосудия[121]. В их докладах подробно анализируются как критерии разумности срока судебного разбирательства, определяемые юриспруденцией Европейского суда, так и различные средства правовой защиты от данного нарушения, применяемые в государствах — членах Совета Европы, включая оценку Судом эффективности этих средств.

Критерий для оценки соблюдения разумного срока разбирательства

Европейский суд по правам человека выработал для оценки разумного срока судебного разбирательства следующие критерии: сложность дела, поведение сторон, поведение судебных властей, а также административных властей, которые вмешались в процесс («Frydlender v. France», «Comingersoll S.A. v. Portugal» и др.), важность предмета разбирательства для заинтересованного лица, например в области семейных и трудовых споров («Frydlender v. France»). При этом Суд на основании данных критериев рассматривает каждое дело индивидуально, и поэтому его решения не позволяют определить какие-либо «универсальные сроки» для рассмотрения отдельных категорий дел. Суд также не ставит задачу определить как причины чрезмерной длительности судебного разбирательства (хотя, анализируя его продолжительность, невольно эти причины констатирует), так и возможные пути их устранения.

Как отмечается в исследованиях европейских наднациональных органов об обеспечении своевременности в отправлении правосудия, разумный срок — в его концептуальном понимании, вытекающем из практики Европейского суда, — представляет собой «нижнюю границу», обозначающую водораздел между нарушением и отсутствием нарушения Конвенции[122], т.е. это максимально допустимый и оправдываемый срок. Государства же применительно ко всем аспектам судебной системы должны придерживаться трех принципов: 1) обеспечение равновесия между вложенными в систему правосудия ресурсами и поставленными перед системой целями; 2) создание универсального инструментария для измерения эффективности системы правосудия; 3) обеспечение равновесия всех требований, предъявляемых к справедливому судебному разбирательству (т.е. учет процессуальных гарантий, обусловливающих невозможность уменьшения тех или иных сроков).

В ведущих правовых системах доминирует характерный для юриспруденции ЕСПЧ акцент на том, что разумный срок судебного разбирательства отражает должный баланс между быстрым и справедливым разбирательством дела и что обеспечение процессуальных гарантий заставляет считать такие сроки выражением заботы о надлежащем отправлении правосудия («Acquaviva v. France», постановление от 21 ноября 1995 года, «Nider?st-Huber v. Switzerland», постановление от 18 февраля 1997 года).

В упомянутом выше докладе Венецианской комиссии, посвященном анализу практики ЕСПЧ по определению разумного срока судебного разбирательства, с одной стороны, и оценке национальных средств правовой защиты — с другой, подчеркивается следующее:

«Своевременность разбирательства дела отвечает потребности в правовой определенности, как для граждан, так и для государства, и необходимости поддерживать и восстанавливать так скоро, как только возможно, мирное сосуществование индивидов (Rechtsfrieden) (тем не менее, как сказано в постановлении по делу “Gast and Popp v. Germany” от 25 февраля 2000 года, “своевременность [отправления правосудия], однако, не должна быть целью в ущерб надлежащему его осуществлению”. — Ред. ).

Надлежащее внимание должно в первую очередь уделяться необходимости обеспечить справедливость судебного разбирательства; другие гарантии, подразумеваемые в статье 6 Конвенции, именно право на доступ к суду, равноправие сторон, принцип состязательности и право располагать адекватным временем и возможностями для подготовки своей защиты, не должны умаляться или нарушаться слишком поспешным проведением судебного процесса.

Требование своевременности правосудия не должно умалять необходимости обеспечить независимость судебной власти в части организации ею своих процедур без ненадлежащего внутреннего и внешнего воздействия.

Оценка разумности продолжительности любой стадии судебного разбирательства никогда не должна быть механической. Она с необходимостью зависит от специфических обстоятельств дела»[123].

Причины нарушений разумного срока судебного разбирательства в российских делах

Выводы Европейского суда свидетельствуют об однотипности причин нарушения разумных сроков судебного разбирательства. Чаще всего Суд учитывает значительные периоды бездействия судебной системы, в отношении которых не представлено каких-либо убедительных пояснений. При этом Суд неоднократно указывал, что заявителю не могут предъявляться претензии за затягивание сроков в связи с использованием им в полной мере предоставляемых национальным законодательством возможностей для защиты своих прав (постановления по делам «Sokolov v. Russia», «Skorobogatova v. Russia» и др.).

Длительность разбирательства в различных делах, рассмотренных Судом, была обусловлена, в частности:

• длительным неназначением или проведением экспертизы без возможностей контроля над сроками и эффективностью последней («Volovich v. Russia», постановление от 5 октября 2006 года; «Nikitin v. Russia», постановление от 2 ноября 2006 года; «Angelova v. Russia», постановление от 13 декабря 2007 года; «Rolzeger v. Russia», постановление от 29 апреля 2008 года);

• ненадлежащей организацией судом хода судопроизводства (длительное неназначение судебного заседания, частый перенос судебного заседания, непринятие мер в отношении ответчиков — государственных органов в связи с их систематической неявкой в суд («Nikitin v. Russia»); многочисленные откладывания судебного разбирательства (так, в деле «Orlova v. Russia», постановление от 9 октября 2008 года, судебные заседания откладывались 40 раз, в том числе из-за неявки ответчика — государственного органа, болезни судьи и ее участия в другом процессе);

• ненадлежащей организацией судопроизводства внутри суда (длительное неназначение нового судьи в связи с заменой первоначального; участие судьи в другом процессе; длительная пересылка дела из одного суда в другой — «Shelomkov v. Russia», постановление от 5 октября 2006 года);

• неопределенностью в регулировании вопросов подведомственности дел различным ветвям судебной власти, в результате чего дела заявителей передавались из одной системы в другую в течение продолжительного времени («Baburin v. Russia», постановление от 24 марта 2005 года; «Avakova v. Russia», постановление от 22 сентября 2006 года; «Kudinova v. Russia», постановление от 2 ноября 2006 года; «Kolomietz v. Russia», постановление от 22 февраля 2007 года (в последнем деле Суд нашел «удивительным», что властям понадобилось более шести лет, чтобы установить компетентный суд по данному делу);

• многократным рассмотрением дела в суде вышестоящей инстанции с направлением на новое рассмотрение в суд первой инстанции («Maruseva v. Russia», постановление от 29 мая 2008 года).

Многих из приведенных выше причин задержек в разбирательстве дел российскими судами можно было бы избежать при лучшей организации процесса, предоставлении суду больших контрольных полномочий по организации хода судебного разбирательства, а также по воздействию на участников процесса в случае ненадлежащего исполнения ими их процессуальных обязанностей. Например, по делам, вытекающим из публичных правоотношений, в которых государственные органы выступают на стороне ответчика, бремя доказывания распределяется таким образом, что в силу действующего процессуального закона их неявка может привести к проигрышу ими дела. Если бы подобная мера применялась, это могло бы в значительной степени повысить процессуальную дисциплину участников процесса. Однако процессуальные санкции — согласно обычному подходу — ограничиваются лишь весьма небольшими судебными штрафами.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Чтобы понять, почему не совпадают подходы к срокам рассмотрения дел в российском праве и праве европейских государств, целесообразно проанализировать эволюцию этих подходов в разных правовых системах. Однако необходимо иметь в виду, что у данной задачи есть два уровня решения. Один уровень — это собственно анализ существующих подходов к определению понятия разумного срока судебного разбирательства в практике Европейского суда и случаев отступления от этих подходов в российских делах, а также анализ причин нарушения разумных сроков в данных делах, выявленных Судом. Второй уровень решения, гораздо более важный и сложный, — это анализ самого подхода к регулированию сроков судебного разбирательства, сложившихся в российском праве, в сравнении с подходами, принятыми в большинстве европейских стран.

§ 12. Разумный срок уголовного судопроизводства

Принцип разумного срока уголовного судопроизводства – это межотраслевой принцип судопроизводства, закрепленный в ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также в ст. 6.1 УПК РФ. Данный принцип решает вопрос об определенности сроков производства по уголовному делу.

Суть принципа заключается в том, что сроки производства по уголовному делу не могут быть неопределенными и произвольными. В противном случае под угрозой окажется как право обвиняемого на судебную защиту (ст. 46 Конституции РФ), так и право потерпевшего на доступ к правосудию (ст. 52 Конституции РФ).

Представление о “разумном сроке” в целом сформировано практикой Европейского суда по правам человека в его решениях по конкретным делам. Критерии, которыми обычно руководствуется Суд при оценке продолжительности производства по делу, перечислены в ч. ч. 3, 4 ст. 6.1 УПК РФ.

Однако адресовать имеющие общий характер выводы Европейского суда относительно соблюдения разумного срока судопроизводства напрямую правоприменителю значит нарушать положения Конвенции об определенности правовых норм. Вот почему законодатель применяет комплексное правовое регулирование в целях обеспечения разумных сроков судопроизводства, в частности:

– для досудебного производства, а также назначения судебного заседания в судах различных инстанций устанавливаются четкие сроки, определяется порядок их продления и средства контроля над законностью и обоснованностью такого продления ;

Подробнее об этих сроках см. соответствующие главы настоящего курса.

– для судебного заседания конкретных сроков не устанавливается, однако для участников процесса предусматривается возможность обращения с заявлением об ускорении рассмотрения дела (ч. ч. 5, 6 ст. 6.1 УПК РФ);

– при нарушении права на рассмотрение дела в разумный срок устанавливается возможность получения компенсации в порядке, установленном Федеральным законом от 30 апреля 2010 г. и КАС РФ.

См.: Федеральный закон от 30 апреля 2010 г. N 68-ФЗ “О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок” // СЗ РФ. 2010. N 18. Ст. 2144. Также см.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 декабря 2010 г. N 30/64 “О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок” // Российская газета. 2011. 14 января.

Как видно, в российском законодательстве нет предельных сроков производства по уголовному делу. Поэтому следует еще раз обратить внимание, что разумность срока оценивается исходя из обстоятельств конкретного дела с учетом критериев, сформулированных Европейским судом .

Для понимания подходов Европейского суда можно изучить, в частности, решение от 15 июля 1982 г. по делу “Экле (Eckle) против ФРГ” (Европейский суд по правам человека: Избранные решения: В 2 т. М., 2000. Т. 1. С. 385 – 394).

Исторической альтернативой данному принципу является отсутствие четких правил о сроках в уголовном судопроизводстве, что приводило к волоките при разбирательстве дел . В то же время чрезмерная формализация сроков уголовного процесса, особенно в его судебных стадиях, также недопустима, так как суд “торопить” нельзя. Иначе говоря, если суду требуется определенное время для качественного отправления правосудия, то он не должен снижать стандарты правосудия, исходя из необходимости завершить производство по делу в определенный срок. Поэтому не остается иного выхода, кроме как использовать на уровне принципа оценочную категорию “разумного срока”, определяемого применительно к обстоятельствам конкретного дела. Это единственно возможный вариант, получивший развитие в практике Европейского суда по правам человека и ныне нашедший отражение в уголовно-процессуальном законодательстве Российской Федерации.

По свидетельству А.Ф. Кони, волокита в старом (до реформы 1864 г.) суде была обычным явлением, иногда достигая “поразительных размеров”. Так, дело о краже из московского уездного казначейства медной монеты на 115 тыс. руб. возникло в 1844 г., а окончено было лишь 21 год спустя, в 1865 г. (Кони А.Ф. История развития уголовно-процессуального законодательства в России // Собр. соч.: В 8 т. Т. 4. С. 323).

Принцип разумного срока уголовного судопроизводства – это межотраслевой принцип судопроизводства, закрепленный в ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также в ст. 6.1 УПК РФ. Данный принцип решает вопрос об определенности сроков производства по уголовному делу.

Критерии разумного срока гражданского судопроизводства в практике европейского суда по правам человека и законодательстве Российской Федерации

Рубрика: Юриспруденция

Дата публикации: 16.05.2016 2016-05-16

Статья просмотрена: 1299 раз

Дата публикации: 16.05.2016 2016-05-16

Разумный срок, как новый принцип уголовного судопроизводства

Согласно ч. 1 ст. 15 Конституции РФ общепризнанные принципы и нормы международного права являются составной частью российской системы прав. Более того, в той же норме Конституция провозгласила приоритет общепризнанных принципов и норм международного права, содержащихся в ратифицированных Российской Федерацией международных договорах, перед внутригосударственными законами.

Вступив в Совет Европы и ратифицировав в марте 1998 г. Европейскую конвенцию о защите прав и основных свобод (далее – Конвенция), Россия присоединилась к Европейской системе охраны прав человека, включающей в себя не только обязанность охранять и соблюдать зафиксированные в Конвенции права и свободы, но и признание юрисдикции Европейского суда по правам человека.

В ст. 6 вышеуказанной Конвенции говорится, что каждый человек имеет право на справедливое судебное разбирательство. Данная формулировка включает в себя многие аспекты надлежащего отправления правосудия, среди которых гарантирует каждому человеку судебное разбирательство “в разумный срок”[21].

Поскольку УПК РФ не определяет срок рассмотрения уголовного дела в суде, то определение критерия “разумного срока” состоит в обеспечении гарантии вынесения судебного решения в течение такого периода, который устанавливает минимальный предел состояния неопределенности, в котором находится лицо в связи с предъявленным ему обвинением в преступлении.

Введение в действие Федерального закона от 30 апреля 2010 г. N 68-ФЗ “О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок” обусловило появление в российском праве совершенно нового института, предусматривающего гарантии обеспечения участникам уголовного процесса права на судопроизводство в разумный срок.

В целях реализации положений названного Закона был принят ФЗ от 30 апреля 2010 г. N 69-ФЗ “О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона “О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок”, которым, среди прочего, введена ст. 6.1 УПК, регламентирующая основания и порядок принесения и рассмотрения заявления об ускорении рассмотрения дела.

Согласно статье 6.1 УПК РФ, которая была введена Федеральным законом от 30.04.2010 № 69-ФЗ, уголовное судопроизводство осуществляется в разумный срок. При этом уголовное судопроизводство осуществляется в сроки, установленные УПК РФ, продление которых допустимо, но уголовное преследование, назначение наказания и прекращение уголовного преследования должны осуществляться в разумный срок.

«При определении разумного срока уголовного судопроизводства, который включает в себя период с момента начала осуществления уголовного преследования до момента прекращения уголовного преследования или вынесения обвинительного приговора, учитываются такие обстоятельства, как правовая и фактическая сложность уголовного дела, поведение участников уголовного судопроизводства, достаточность и эффективность действий суда, прокурора, руководителя следственного органа, следователя, начальника подразделения дознания, органа дознания, дознавателя, производимых в целях своевременного осуществления уголовного преследования или рассмотрения уголовного дела, и общая продолжительность уголовного судопроизводства.

Читайте также:  Все о лизинге для предпринимателей — заключение договора

Обстоятельства, связанные с организацией работы органов дознания, следствия, прокуратуры и суда, а также рассмотрение уголовного дела различными инстанциями не может приниматься во внимание в качестве оснований для превышения разумных сроков осуществления уголовного судопроизводства.

В случае если после поступления уголовного дела в суд дело длительное время не рассматривается и судебный процесс затягивается, заинтересованные лица вправе обратиться к председателю суда с заявлением об ускорении рассмотрения дела.

Заявление об ускорении рассмотрения уголовного дела рассматривается председателем суда в срок не позднее 5 суток со дня поступления этого заявления в суд. По результатам рассмотрения заявления председатель суда выносит мотивированное постановление, в котором может быть установлен срок проведения судебного заседания по делу и (или) могут быть приняты иные процессуальные действия для ускорения рассмотрения дела»[22].

Разумность – это оценочное понятие, которое отражает усредненное требование, характеристики чего-либо или кого-либо. Иными словами, когда речь идет о разумности, в том числе разумном сроке, это означает, что оцениваемые действия сравниваются с некоторыми эталонными действиями среднего человека. Понятие «разумность» законодатель, как правило, использует в тех случаях, когда невозможно установить абсолютные сроки, предвидеть конкретные препятствия для соблюдения процессуального срока. Однако понятие разумного срока в уголовном судопроизводстве раскрывается через указание на те обстоятельства, которые следует учитывать при оценке отклонения от процессуального срока по уголовному делу.

Можно выделить общие черты принципа разумности[23]:

1) Сложность уголовного дела. Сложность уголовного дела может определяться такими особенностями, как: большое количество эпизодов преступной деятельности, большое количество обвиняемых по уголовному делу, необходимость проведения большого количества ревизий или назначения многих сложных судебных экспертиз, а также необходимость проведения следственных действий в различных субъектах Российской Федерации. Так же следует отнести сюда и все случаи, когда следователь сталкивается с противодействием обвиняемых в расследовании преступления: фальсификацией доказательств, созданием ложного алиби, угрозами и подкупом потерпевших и свидетелей со стороны заинтересованных лиц и другими действиями, направленными на противодействие расследованию.

2) Поведение участников уголовного процесса. Под этим критерием, следует понимать такое поведение некоторых участников уголовного судопроизводства, которое препятствует своевременному расследованию или рассмотрению уголовного дела в суде. Чаще всего – это уклонение от явки к следователю, дознавателю или в суд для участия в следственных и иных процессуальных действиях без уважительных причин; не всегда обоснованное по медицинским показателям помещение подозреваемого или обвиняемого в больницу якобы для лечения. Следственной практике известны и другие способы умышленного затягивания обвиняемыми времени расследования. Например: путем заявления обвиняемым необоснованных ходатайств о производстве различных следственных действий, об истребовании ненужных следствию различных документов, также следует отнести и случаи явно необоснованного затягивания обвиняемым времени для ознакомления с материалами уголовного дела.

3) Эффективность действий должностных лиц. Этот критерий разумности срока уголовного судопроизводства наиболее сложен для его практического использования и оценки. Дело в том, что, в отличие от двух предыдущих, он не содержит в себе объективных характеристик, поскольку является полностью субъективным. Так, при решении вопроса о том, провел ли следователь или дознаватель расследование по уголовному делу в разумный срок, все зависит от усмотрения того, кто будет это срок оценивать, в частности от суда, который будет рассматривать заявление о компенсации за нарушение разумного срока уголовного судопроизводства.

4) Общая продолжительность уголовного процесса. Оценить разумность общей продолжительности уголовного судопроизводства по конкретному уголовному делу объективно чрезвычайно сложно. Этот критерий основан полностью на субъективном усмотрении того должностного лица, который будет эту общую продолжительность оценивать. Оценка общей продолжительности уголовного судопроизводства потребует тщательной и объективной проверки того, как следователь и суд использовали установленные законом процессуальные сроки. При этом могут быть обнаружены конкретные нарушения общей продолжительности срока при расследовании или рассмотрении уголовного дела, которые, как они полагают, были вызваны объективными причинами. Сами же участники уголовного судопроизводства будут полагать, что ставить им в вину большую общую продолжительность срока расследования или судебного производства нет достаточных оснований, в то время как суд, проверяющий соблюдение сроков расследования и судебного рассмотрения по конкретному уголовному делу, может составить другое мнение.

Следует отметить, что законодатель ограничивает начало разумного срока уголовного судопроизводства моментом начала осуществления уголовного преследования. Однако, согласно УПК РФ, срок уголовного судопроизводства начинает течь с момента получения сообщения о преступлении. Это потребует усовершенствования ст. 6.1 УПК РФ.

В ч. 3 ст. 6.1 УПК РФ момент окончания разумного срока уголовного судопроизводства определен следующим образом – это прекращение уголовного преследования или вынесение обвинительного приговора. Законодатель почему-то не учел, что принятием решения о прекращении уголовного преследования или вынесением обвинительного приговора не завершается судебное производство, система которого предусматривает еще стадии, следующие за судебным разбирательством, призванные служить проверке законности и обоснованности решений, вынесенных в суде первой инстанции либо связанных с исполнением приговора. «Представляется верным предложение Семенцова А.В. и Шереметьева А.П. исключить из содержания ч. 3 ст. 6.1 УПК РФ слово “вынесения”, заменив его словами “вступления в законную силу”»[24].

В стадии судебного разбирательства также существует серьезная проблема, препятствующая реализации нормы ч. 2 ст. 6.1 УПК РФ. Определяя конкретные сроки принятия решения по поступившему в суд уголовному делу (ч. 3 ст. 227 УПК РФ) и сроки начала разбирательства уголовного дела (ч. 1 ст. 233, ст. 362, 374 УПК РФ), законодатель оставляет неразрешенным самый главный вопрос – о сроках рассмотрения уголовного дела судом первой инстанции.

Кстати, многие авторы, в частности Насонова И.А., предлагают «закрепить данный принцип как более емкий, содержательный принцип, разумность необходимо рассматривать, как одну из разновидностей правовых презумпций. Стоит согласиться с мнением, что данный принцип логичнее было бы разместить в главе 17 УПК РФ «Процессуальные сроки. Процессуальные издержки», но, предварительного его доработать, в плане определенности»[25].

При детальном рассмотрении данного принципа, интерес представляют полномочия прокурора в отношении соблюдения данного принципа. Сама функция прокурора вытекает из необходимости защиты конституционных прав человека и гражданина, осуществления уголовного преследования и надзора за законностью принятых решений органами предварительного расследования.

Приказом Генерального прокурора РФ от 12.07.2010 №276 “Об организации прокурорского надзора за исполнением требований закона о соблюдении разумного срока на досудебных стадиях уголовного судопроизводства» на всех прокуроров возложена обязанность требовать от правоохранительных органов неуклонного исполнения уголовно-процессуального законодательства, соблюдения сроков рассмотрения сообщений о преступлениях и расследования уголовных дел, предупреждения фактов нарушения разумных сроков на досудебной стадии уголовного судопроизводства.

В досудебном производстве прокурор является руководителем уголовного преследования, координатором действий всех органов, осуществляющих уголовное преследование. Функция прокурора по обеспечению разумного срока уголовного преследования на досудебных стадиях уголовного процесса заключается в оценке процессуальных сроков – сроков содержания подозреваемого (обвиняемого) под стражей, сроков предварительного следствия и дознания по критерию их разумности. Обоснованные и своевременные требования прокурора позволяют исключить неоправданную волокиту при производстве предварительного расследования уголовного дела[26].

Что же касается полномочий прокурора в судебном производстве относительно соблюдения принципа разумности, то здесь возникают некоторые неопределенности. Так в соответствии с ч. 5 ст. 6.1 УПК РФ в случае, если после поступления уголовного дела в суд дело длительное время не рассматривается и судебный процесс затягивается, заинтересованные лица вправе обратиться к председателю суда с заявлением об ускорении рассмотрения дела. Уголовно-процессуальный закон не определяет понятия “заинтересованное лицо” и вместе с тем не предусматривает запрета на обращение прокурора с заявлением об ускорении рассмотрения уголовного дела.

При этом прокурор, являющийся участником процесса со стороны обвинения, представляющий суду доказательства по делу, заинтересован в скорейшем рассмотрении дела и принятии законного решения. И эта служебная заинтересованность в результатах работы соответствует установленным уголовно-процессуальным законом принципам судопроизводства.

Однако согласно п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 30, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 64 от 23 декабря 2010 г. и ч. 1 ст. 1 ФЗ от 30 апреля 2010 г. N 68-ФЗ “О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок” следует, что к заинтересованным лицам, имеющим право на обращение в суд с заявлением о присуждении компенсации, относятся граждане РФ, иностранные граждане, лица без гражданства, российские, иностранные и международные организации, являющиеся в судебном процессе по делам, следующим из гражданских и публичных правоотношений, сторонами или заявляющими самостоятельные требования относительно предмета спора третьими лицами, заявителями, а также взыскатели, должники, подозреваемые, обвиняемые, подсудимые, осужденные, оправданные, потерпевшие, гражданские истцы, гражданские ответчики в уголовном судопроизводстве.

В соответствии с п. 18 указанного Постановления с заявлением об ускорении к председателю суда могут обратиться лица, имеющие право на подачу заявления о присуждении компенсации, а также прокурор, обратившийся в суд с заявлением в защиту интересов этих лиц в порядке ст. 45 ГПК РФ и участвующий в связи с этим в деле, по которому возникли основания для обращения к председателю суда.

Таким образом, прямое толкование представленных правовых позиций фактически лишает прокурора права самостоятельно обратиться в суд с заявлением об ускорении рассмотрения уголовных дел, находящихся в производстве судов и мировых судебных участков, суда субъекта Федерации, с целью защиты прав граждан на разумность сроков судопроизводства (за исключением случаев, указанных в ст. 45 ГПК РФ), что, противоречит ст. 6.1 УПК РФ.
Наличие подобного рода законодательной неопределенности приводит к возникновению проблем применения принципа о разумном сроке уголовного судопроизводства на практике.

Так, направленные городскими и районными прокурорами заявления об ускорении производства по уголовным делам судами восприняты неоднозначно: в одних случаях суды отказывали в принятии и рассмотрении соответствующих заявлений, в других – заявления об ускорении производства по делу были приняты, но оставлены без удовлетворения. При этом во всех случаях суды области обращали внимание на отсутствие у прокурора права на соответствующее обращение с заявлением об ускорении производства по делу. Обжалование принятых судебных решений в кассационном и надзорном порядке наметившуюся тенденцию не изменило[27].

Таким образом, в целях повышения эффективности действующего законодательства об осуществлении судопроизводства в разумные сроки, необходимо внести изменения в анализируемые нормативные правовые акты и прямо указать на возможность обращения прокурора к председателю суда с заявлением об ускорении производства по делу. Конечно же, в этом случае речь не идет о наделении прокурора правом на компенсацию за допущенные нарушения разумного срока уголовного судопроизводства, а речь о возможности, наравне с другими указанными в законе участниками процесса, принимать меры к скорейшему рассмотрению уголовного дела и принятию судом правосудного решения.
В противном случае прокурор как участник уголовного процесса лишен возможности положительно влиять на срок рассмотрения уголовного дела судом, а волокита по уголовным делам, по которым потерпевших фактически нет и вред причинен интересам государства (уголовные дела о преступлениях в сфере незаконной добычи водных биологических ресурсов, незаконного лесопользования и др.), остается целиком и полностью на совести судей.

Дата добавления: 2015-08-31 ; Просмотров: 1307 ; Нарушение авторских прав?

Нам важно ваше мнение! Был ли полезен опубликованный материал? Да | Нет

1) Сложность уголовного дела. Сложность уголовного дела может определяться такими особенностями, как: большое количество эпизодов преступной деятельности, большое количество обвиняемых по уголовному делу, необходимость проведения большого количества ревизий или назначения многих сложных судебных экспертиз, а также необходимость проведения следственных действий в различных субъектах Российской Федерации. Так же следует отнести сюда и все случаи, когда следователь сталкивается с противодействием обвиняемых в расследовании преступления: фальсификацией доказательств, созданием ложного алиби, угрозами и подкупом потерпевших и свидетелей со стороны заинтересованных лиц и другими действиями, направленными на противодействие расследованию.

Статья 6.1 ГПК РФ. Разумный срок судопроизводства и разумный срок исполнения судебного постановления

Текст статьи 6.1 ГПК РФ в новой редакции.

1. Судопроизводство в судах и исполнение судебного постановления осуществляются в разумные сроки.

2. Разбирательство дел в судах осуществляется в сроки, установленные настоящим Кодексом. Продление этих сроков допустимо в случаях и в порядке, которые установлены настоящим Кодексом, но судопроизводство должно осуществляться в разумный срок.

3. При определении разумного срока судебного разбирательства, который включает в себя период со дня поступления искового заявления или заявления в суд первой инстанции до дня принятия последнего судебного постановления по делу, учитываются такие обстоятельства, как правовая и фактическая сложность дела, поведение участников гражданского процесса, достаточность и эффективность действий суда, осуществляемых в целях своевременного рассмотрения дела, и общая продолжительность судопроизводства по делу.

4. Обстоятельства, связанные с организацией работы суда, в том числе с заменой судьи, а также рассмотрение дела различными инстанциями не может приниматься во внимание в качестве оснований для превышения разумного срока судопроизводства по делу.

5. Правила определения разумного срока судопроизводства по делу, предусмотренные частями третьей и четвертой настоящей статьи, применяются также при определении разумного срока исполнения судебных актов.

6. В случае если после принятия искового заявления или заявления к производству дело длительное время не рассматривалось и судебный процесс затягивался, заинтересованные лица вправе обратиться к председателю суда с заявлением об ускорении рассмотрения дела.

7. Заявление об ускорении рассмотрения дела рассматривается председателем суда в пятидневный срок со дня поступления заявления в суд. По результатам рассмотрения заявления председатель суда выносит мотивированное определение, в котором может быть установлен срок проведения судебного заседания по делу и (или) могут быть указаны действия, которые следует осуществить для ускорения судебного разбирательства.

N 138-ФЗ, ГПК РФ действующая редакция.

Комментарии к статьям ГПК помогут разобраться в нюансах гражданского процессуального права.

Что нужно для получения

Для получения лицензии требуется подать заявление в отделение Минтранса. Составляется оно в произвольной форме. Скачать образец можно в интернете или попросить бланк у сотрудников государственного органа. В заявлении не должно быть ошибок, опечаток, исправлений.

Перед отправкой заявки важно подготовить ряд документов. В их перечень входит следующее:

  1. Паспорт гражданина РФ. Требуется иметь при себе оригинал и копии, чтобы четко был виден адрес постоянной регистрации — улица, дом, квартира, а также иные данные человека. Если заявление подается через представителя, понадобится его паспорт и доверенность, дающая полномочия на представление интересов будущего таксиста.
  2. Бумаги на машину. Если она личная, представить паспорт транспорта и свидетельство, удостоверяющее право собственности. Если автомобиль принадлежит таксопарку или третьему лицу, предъявить доверенность на управление им или же соглашение об аренде.
  3. Страховой полис ОСАГО. Его обязательно должен иметь каждый владелец транспортного средства.
  4. Копия трудовой книжки для подтверждения трудоустройства в таксомоторной фирме.
  5. Чек, удостоверяющий внесение госпошлины за услугу.

Если гражданин решил работать через ИП, тогда понадобится предварительно пройти регистрацию и представить свидетельство, подтверждающее открытый статус ИП.

Порядок получения лицензии на перевозку не отличается в зависимости от того, кто обращается — физическое лицо или предприниматель. Разнится только подготовка к оформлению. Будущим бизнесменам требуется оформляться как ИП, а физлицам устроиться на работу в такси.

4. Какие документы понадобятся индивидуальному предпринимателю?

Для подачи заявления от лица индивидуального предпринимателя онлайн на mos.ru вам понадобятся:

  • скан-копия документа, удостоверяющего вашу личность;
  • скан-копия документа, удостоверяющего личность индивидуального предпринимателя;
  • скан-копия свидетельства о регистрации автомобиля;
  • данные основного государственного регистрационного номера индивидуального предпринимателя (ОГРНИП) или основного государственного регистрационного номера юридического лица (ОГРНЮЛ);
  • данные ИНН индивидуального предпринимателя;
  • если автомобиль не ваш — скан-копия договора лизинга, договора аренды или нотариально заверенной доверенности на право распоряжения автомобилем;
  • скан-копия доверенности от индивидуального предпринимателя (внимание: номер доверенности указывает ИП рядом со словом «Доверенность»).

При подаче заявления рекомендуется загружать сканированные, а не фотографические копии документов. Многостраничные файлы желательно использовать в уменьшенном формате. Максимальный размер одного прикрепленного файла не должен превышать 5 Мб.

При подаче заявления рекомендуется загружать сканированные, а не фотографические копии документов. Многостраничные файлы желательно использовать в уменьшенном формате. Максимальный размер одного прикрепленного файла не должен превышать 5 Мб.

Лицензия на такси без ип

  • Каково наказание за работу в такси на своем авто без лицензии и открытия ИП?
  • Можно ли открыть лицензию в такси без ИП на свой автомобиль новый.
  • Как получить лицензию на такси без открытия ип. Ростов на Дону.
  • Лицензия на такси без ип
  • Такси на своем авто без лицензии
  • Такси на своей машине без лицензии
  • Лицензия такси без открытия ИП

Каково наказание за работу в такси на своем авто без лицензии и открытия ИП?

Можно ли открыть лицензию в такси без ИП на свой автомобиль новый.

Как получить лицензию на такси без открытия ип. Ростов на Дону.

Есть автомобиль в собственности готовится ИП для Услуг Такси, после будет получена лицензия для такси.

Могу ли я передвигаться на своем авто с лицензией такси без стажа 3 х лет?

Купил легковой автомобиль и оформил его на себя, обклеил желтой и серой полосой с записью в свидетельство о регистрации, открыл ИП на себя (НП СМС), получил лицензию на услуги такси. ОСАГО и ТО для такси. Проживаю в московской области. Могу ли я БЕЗ ПУТЕВОГО ЛИСТА передвигаться и в частности ездить в калужскую область по личным делам сняв фонарь с крыши авто и без пассажиров? Просьба указать соответствующие пункты КОАП РФ.

Внимание! Ответ от пользователя, не зарегистрированного в качестве юриста.

Доброго времени суток! Приказ Минздрава России от 15.12.14 г. № 835 н “. требования по прохождению предрейсового медицинского осмотра распространяются на всех работающих водителей (общественный и грузовой автотранспорт), в том числе индивидуальных предпринимателей (без сотрудников), использующих свой или арендованный автомобиль в трудовой деятельности. Медосмотры проводятся перед первым рейсом, если его продолжительность более суток, либо перед первым рейсом, если в течение рабочего дня водитель совершает более одного рейса.” Прочитайте по возможности приказ полностью. Относительно ИП: суть в том, что если Вы ИП и используете личный либо арендованный авто для работы, обязаны проходить медосмотры, каждый раз перед сменой или рейсом, и ставить штамп в путевом листе. К сожалению, исключение, подобное Вашему случаю, в законе не прописано. Только эти статьи: Последствия нарушения порядка проведения обязательных медосмотров для работников регулируются ст. 11.32 КоАП РФ и ст. 81 ТК РФ.. Административные штрафы за нарушение порядка проведения предрейсовых и послерейсовых медосмотров: для граждан — от 1 до 1, 5 тысяч рублей; для должностных лиц — от 2 до 3 тысяч рублей; для юридических лиц и ИП — от 30 до 50 тысяч рублей.

Авто записано на собственника, я вписан в страховку, у собственника есть ИП, и он хочет получить лицензию на работу в такси, могу ли я потом работать на этом Авто под его лицензией без трудового договора, так как собственник не имеет права держать работника?

Могу ли я передвигаться на своем авто с лицензией такси без стажа 3 х лет?

Что грозит при работе без оформления разрешения

Штрафы в данном направлении установлены ФЗ № 195 ст. 12.3 КоАП РФ.

На данный момент КоАП РФ предоставляет такие штрафные санкции за нарушение правил пассажирских перевозок:

Так как данные меры не являются существенными для лиц, занимающихся данным видом деятельности, правительство разрабатывает новые меры, которые должны способствовать повышению ответственности таксистов.

Если нарушение фиксируется уже не впервые, наказание принимает вид:

  • конфискации ТС;
  • для представителя компании, санкция касается всей службы – ограничение деятельности сроком до 90 дней.

В том случае, если у водителя такси есть все опознавательные знаки, но нет нужной лицензии, данный факт трактуется, как незаконное использование авто под такси, а доказывать свою правоту (если она забыта дома) придется только в суде.

Как видно из сумм, возможных ограничений, услуга пассажирских перевозок строго контролируется законом и не следует ожидать смягчения, так как в конечном итоге, это влияет на предоставление безопасных услуг, за которые пассажиры отдают не малые деньги.

Какая цена лицензии на такси в СПб читайте здесь.

Как проверить лицензию такси в Московской области узнаете из этой публикации.

Рабочее место в виде таксиста, оформленного легально получить можно разными способами. С целью предоставления гражданам качественных, безопасных услуг, введены меры, способствующие официальному оформлению.

Без открытия ИП или без ООО работать можно, но вместе с этим важно найти надежную компанию, которая будет заинтересована в приеме в свой штат нового сотрудника и представлять его интересы.

  • В связи с частыми изменениями в законодательстве информация порой устаревает быстрее, чем мы успеваем ее обновлять на сайте.
  • Все случаи очень индивидуальны и зависят от множества факторов. Базовая информация не гарантирует решение именно Ваших проблем.

Можно ли получить лицензию на такси без открытия ИП?

Для начала предлагаем разобраться, для чего частным извозчикам открывать ИП и когда это необходимо.

Лицензия на такси без ИП выдается в случае, если вы занимаетесь перевозкой неограниченного круга пассажиров за плату, но при этом трудоустроены в службе такси, которая является вашим работодателем и несет за вас бремя ответственности. Грубо говоря, если вы устраиваетесь в службу такси простым водителем (в том числе с использованием для работы личного транспортного средства), вам нужна лицензия, но открытия ИП не требуется.

Если же вы работаете сами на себя, зарабатывая на жизнь частным извозом, то государство потребует от вас не только наличия лицензии, но и оформления своей деятельности в качестве индивидуального предпринимателя. И в этом случае, разумеется, вам придется исполнять все предусмотренные законом для ИП обязанности:

  • вести бухучет,
  • уплачивать налоги,
  • подавать документы в налоговые органы и фонды обязательного страхования,
  • отчислять пенсионные взносы.

Кстати, если вы решите работать на себя, то вовсе не обязательно регистрироваться именно в качестве ИП, так как возможно открытие юридического лица, например общества с ограниченной ответственностью. Разница между этими двумя организационными формами бизнеса существенна и в порядке оформления документов для регистрации, и в объеме затрат на регистрацию, и в порядке отчетности после нее, и в объеме ответственности за обязательства.

Рекомендуем также материал КонсультантПлюс “Как получить разрешение на осуществление деятельности по перевозке пассажиров и багажа легковым такси”. Если у вас еще нет доступа к системе КонсультантПлюс, вы можете оформить его бесплатно на 2 дня.

Как уже было сказано выше, вам потребуется представить комплект документов. В него входят:

Ссылка на основную публикацию